Сказки лунных дней. Часть II

Каждой частицей тела он смаковал радостную песнь живой воды, которая проснулась в его жилах. Ох, не одобрил бы Катан подобное отношение мага к собственным пальцам, но каков эффект!

В один момент, отступая с линии атаки, Дженн мимоходом приблизился к повозке. Спиной он ощутил её каркас, сквозь тонкие занавеси до его лица донёсся аромат… В этой яркой, кричащей пестроте южного базара с его специями, цветами и фруктами аромат был, словно глоток свежего воздуха. Это была до боли знакомая мелодия хвойного леса, степных трав и прохладных оттенков солёной воды…

Будто сфера времени снова расщепилась в тонком теле мага.

На малую долю мига Дженн оказался на том берегу, где впервые очнулась Василиса. Его оглушили те эмоции, свет и цвет, звуки и запахи. Он словно застыл в шаге от себя – от той девочки: ещё не дракона, но уже не человека…

Дженн не мог не обернуться.

Его взгляд встретился со взглядом таинственного пассажира повозки. Свет, падающий наискось сквозь узкую щель между шторами, очертил ключицы, изгиб шеи и белый овал лица, выхватил из мрака широко раскрытые в испуге зелёные глаза с проблеском золота.

В следующий миг Дженн оказался уже позади повозки. Он увернулся от удара, ухватил бандита за предплечье, подсёк коленом. Использовав инерцию атаки, маг швырнул негодяя на мостовую.

Стукнувшись лбом о камень, тот оставил на нём следы крови. Её вид вызвал настоящее бешенство. Мужчина загудел, точно бешеный слон. Мелодия его витали отозвалась сотнями боевых барабанов.

Почуяв неладное, маг громогласно крикнул слуг.

Он распорядился, чтобы те, не мешкая, увозили свою госпожу. А сам повернулся к противнику. Дженн ждал, пока тот поднимется на ноги, дабы продолжить драку достойно. Но вместо этого подлец молниеносно перекатился ближе и со всей силы пнул мага своей ножищей снизу вверх.

Перед глазами Дженна будто полыхнула молния, дыхание перехватило, и мир померк. На миг осталась лишь тьма и боль, расползающаяся по животу и бёдрам.

В этом бреду маг уловил колебание воздуха. С усилием оторвав ладонь от паха, он поднял правую руку, заслоняя лицо.

Ему не удалось отвести удар противника, он лишь слегка сместил его траекторию.

Тяжёлый, скользкий от крови кулак задел челюсть по касательной. Новый прилив боли слегка отрезвил Дженна. Его тело, по крайней мере верхняя его половина, подчинилось воле. Вместо того чтобы стенать, свернувшись клубочком, маг переместился на четвереньки и порядком отбитыми пальцами кое-как сплёл простой магический силок.