Бунт при Бетельгейзе

 – А ты что, не хочешь, чтобы тебя увековечили с твоим орудием посреди города?

– Зачем? Я к славе равнодушен… Мне бы только деньжат срубить, – откликнулся Швеллер. – И ребята у меня скромные, как на подбор.

Преодолев за пару минут расстояние в несколько километров, катера опустились ниже и пошли на бреющем полете над улицей, по которой разгуливали бородавочники.

– И эту мразь ты предлагаешь уважать? – спросил Швеллер, тыкая Эдварда в бок. – Да ты только посмотри на них! Сопли висят до земли, бородавки мерзкие по всей харе.

И короста с рыла прямо на мостовую сыплется. Ты разве не боишься заразиться?

– Не боюсь, – соврал Эдик. Бородавочники и впрямь выглядели омерзительно.

Зеленые сопли под носом, наличие которых считалось у них признаком хорошего здоровья, бугрящаяся, словно в нарывах, кожа, слезящиеся жабьи глаза. Фигуры как таковые у представителей этой инопланетной расы отсутствовали напрочь. При взгляде на бородавочников со спины казалось, что по улице, переваливаясь, бредут мешки, набитые отбросами.

– Это та улица? Пликли Умного? – спросил Швеллер. – Я не читаю по-бородавчански. А тут на табличках сплошь их каракули.

– Пликли Находчивой, – поправил Эдвард. – Да, улица та самая. Вон, двухэтажный дом. Я живу на втором. Окна во двор.

– Сажай машину, – приказал Швеллер пилоту, вглядываясь в странную приземистую постройку, над крышей которой поднимались клубы белого дыма.

– Ты мне приказывать не можешь, – объявил громила.

– Ах, ну да, я и забыл – ты же ивановская шестерка.

Иванов, а ты как считаешь, нам нужно приземлиться? Или полетим дальше? А может, будем летать вокруг дома этого придурка, пока не закончится горючее и катер не упадет?! А?! – Последние слова Швеллер прокричал.

Иванов задумался.

– Наверное, нужно сесть, – проговорил он спустя некоторое время. – Но ты моими людьми всё равно не командуй. А то еще понравится…

– Им или мне? – осклабился Швеллер. – Они у тебя, наверное, без зуботычин совсем на приказы не реагируют?

– Реагируем, – проворчал пилот и повел машину к земле.

Приземлились на бесплатной парковке, среди множества ржавых «примусов» – бородавочники отдавали предпочтения старым катерам.

Дверь катера открылась. Ступив в кучу мусора, на асфальт выбрался Швеллер.

– Не район, а большая помойка! – брезгливо поморщился он.

– Мне нравится, – откликнулся Эдик. – Воздух неплох, без промышленных выхлопов. Совсем как на Амальгаме-12. Там даже в столице воздух почти как в Деревне.