Безумная ночь

Да и время года сейчас было далеко не самым лучшим для охоты. Нет, он пришел сюда, чтобы подумать, поразмыслить над тем, как они теперь все живут: Хелен и Кем в Чалкоте со своими детьми, Кэтрин с семейством в Олдхэмптоне. Даже его кузина Джоан со своим священником свила свое гнездышко. Один Бентли все еще плыл по воле волн, не зная, как пристать к берегу. Хотя, кажется, ему так или иначе определили место проживания в Хемпстеде, в коттедже, где раньше жила Хелен (по крайней мере корреспонденцию на его имя присылали по этому адресу).

Называлось это место Роузлендс.

Когда он туда переехал, в доме никто не жил, если не считать старой нянюшки Хелен, которая вечно клохтала над ним, но тем не менее позволяла приезжать и уезжать, когда захочет. При коттедже имелся великолепный розарий. Правда, он об этом почти никогда не говорил: хочешь не хочешь, а надо было поддерживать свой имидж, но самое главное – Хемпстед недалеко от Лондона и, к счастью, довольно далеко от Чалкота. Ему и Кему лучше было находиться на некотором расстоянии друг от друга.

Когда он был молод и слишком самонадеян, то говорил себе, что Кем ему просто завидует, потому что Бентли был у отца любимчиком. Казалось, Рэндольф Ратледж махнул рукой на своего старшего сына и не упускал случая посмеяться над ним. Теперь, оглядываясь назад, Бентли понял, что отец был непростительно жестоким, и сожалел, что поддерживал его. Сожалел он и о других, еще более отвратительных своих поступках. Да, Кем был из тех, кто способен работать без отдыха сутки напролет.

И если бы не эти его способности, они давным-давно разорились бы. Теперь, повзрослев, Бентли сознавал, что кому-то надо было заняться неблагодарной работой и вытащить их из трясины долгов.

И все же Бентли так и не смог заставить себя поблагодарить Кема за жертвы, на которые тот пошел ради этого. Самой страшной из них была его первая женитьба – злосчастный союз, который спас всех их от финансового краха, но имел губительные последствия для каждого в эмоциональном плане.

Кем был вынужден жить с мстительной безнравственной сучкой, которая его презирала. Кэтрин пришлось тоже выйти замуж едва ли не ребенком, лишь бы не видеть этого, а Бентли… что толку повторять, что от него семье никакой пользы. Однако теперь, когда перед ним столь ясно предстала картина прошлого, то, что произошло дальше, начало казаться ему еще более отвратительным. Ему здорово повезет, если не придется в скором времени пожинать плоды того, что сам же и посеял.