Игра ненависти и лжи

 – Для девушки, которая забрала себе мое сердце без остатка.

Я хохотнул.

– Увы, дело в том, что утешительницы не ждут от тебя ничего, кроме твоих пенге и мужского достоинства.

– И все равно я желаю уйти, а эти гады меня одного не отпускают. Как будто я треклятый ребенок.

– Мудро. В кои-то веки, – проворчал у нас за спиной голос Сабэйна.

В тот же миг Раум и Вали натянули на подбородки полумаски, а на головы – капюшоны.

– Ваши травы, юный лорд, – сказал Сабэйн, вручая Луке свернутую тряпочку, наполненную пахучими, одуряющими травами.

– Ах, как же я ждал вашей похвалы, светоносец. Все треклятое утро. Теперь мой день может начаться по-настоящему, – пробурчал Раум. Его голос был низким и резким. Он изменился.

Когда я снова взглянул на него, то наклонил голову набок. Серебро его глаз превратилось скорее во что-то сапфирово-синее. Это безумие. Конечно же, они всегда были синими.

Лука вскрикнул от смеха и привалился к плечу Вали.

– Мы сочли неподобающим отпускать его наружу в таком состоянии, – сказал Вали, глядя на меня.

Пекло, он тоже звучал по-другому. Мне, черт побери, нужно больше спать.

– Верно, – продолжил Раум, – его схватят воры, или, чего доброго, он обменяется обетами с какой-нибудь дочкой козовода.

Лука похлопал Раума по лицу.

– А что ты имеешь против козоводов? Может, она просто прелесть.

– Я могу его сопровождать, – сказал я, не вполне понимая, как смогу явиться на частную встречу с неким хемлигским фейри, если Лука будет отираться поблизости.

Яркие глаза Луки распахнулись от восторга.

– Чудесно. Видишь… – он пихнул Раума в плечо. – Я буду под надежной охраной нашего разрушителя ночи и страха.

По моим плечам пробежал холодок. То, как он описал мой месмер, странно улеглось в моей голове. Почти как если бы существовала тень воспоминания о том, что кто-то точно так же меня описывал.

– Юному лорду следует сперва увидеться с Лордом и Леди Магнат, – сказал Сабэйн.

– Следует ли, Сабэйн? Это мне и следует сделать? – Лука прищурился. – Когда это ты стал моей нянюшкой, светоносец? Боги, да оставь ты меня в покое и займись чем-нибудь полезным где-нибудь еще.

Раум и Вали обменялись взглядами, говорящими сотню тайных слов, но прежде, чем я успел прижать хотя бы одного из стражников, Лука направился к воротам.