Метаморфозы

Подал я знак, что пришло божество, – народ тут молиться

Начал. Сперва Ликаон над обетами стал насмехаться

И говорит: «Испытаю при всех в открытую, бог ли

Он или смертный. Тогда не будет сомнительна правда».

В ночь, отягченного сном, сгубить нечаянной смертью

Хочет меня. По душе ему этак испытывать правду.

Но, не довольствуясь тем, одному из заложников, коих

Выслал молосский народ, мечом пронзает он горло.

После в кипящей воде он членов часть полумертвых

Варит, другую же часть печет на огне разведенном.

Только лишь подал он их на столы, я молнией мстящей

Дом повалил на него, на достойных владельца пенатов.

Он, устрашенный, бежит; тишины деревенской достигнув,

Воет, пытаясь вотще говорить. Уже обретают

Ярость былые уста, с привычною страстью к убийству

Он нападает на скот, – и доныне на кровь веселится!

Шерсть уже вместо одежд; становятся лапами руки.

Вот уж он – волк, но следы сохраняет прежнего вида:

Та же на нем седина, и прежняя в морде свирепость,

Светятся так же глаза, и лютость в облике та же.

Дом сокрушился один – одному ли пропасть подобало! —

Всем протяженьем земли свирепо Эриния правит.

Словно заговор тут преступный замыслили! Значит,

Пусть по заслугам и казнь понесут! Таков приговор мой».

Речь Громовержца одни одобряют, еще подстрекая

Ярость его; у других молчание служит согласьем.

Но человеческий род, обреченный на гибель, жалеют

Все; каков будет вид земли, лишившейся смертных,

Все вопрошают, и кто приносить на жертвенник будет

Ладан? Иль хочет зверью он отдать опустелую землю?

И на вопрос их в ответ, – что его-де об этом забота, —

Вышних царь запрещает дрожать и, не схожее с прежним,

Он обещает явить – чудесным рождением – племя.

Вот уж по всей земле разметать он готов был перуны,

Да убоялся, пылать от огней не начал бы стольких

Неба священный эфир и длинная ось не зажглась бы.

Вспомнил, – так судьбы гласят, – что некогда время наступит,

Срок, когда море, земля и небесный дворец загорятся, —

Гибель будет грозить дивнослаженной мира громаде.

Стрелы тогда отложил – мастеров-циклопов работу,

Кару иную избрал – человеческий род под водою

Вздумал сгубить и с небес проливные дожди опрокинул,

Он Аквилона тотчас заключил в пещерах Эола

И дуновения все, что скопления туч отгоняют.

Выпустил Нота.