Песни славянских народов

],

Был он баном маленького банства,

Маленького банства край Косова.

Не бывало сокола такого!

Подымается он рано утром,

Созывает слуг и домочадцев:

«Верные вы слуги-домочадцы!

Оседлайте мне коня лихого,

Что ни лучшую достаньте сбрую

И подпруги крепче подтяните:

Я сбираюсь, дети, в путь-дорогу,

Не надолго покидаю банство,

еду, дети, в город бел Крушевец,

К дорогому тестю Юг-Богдану

И к его Юговичам любезным:

Хочется мне с ними повидаться!»

Побежали слуги-домочадцы

И коня для бана оседлали.

Он выходит, надевает чоху[2 - Род плаща со шнурами],

Надевает чоху алой шерсти,

Что светлее сёребра и злата,

Что яснее месяца и солнца,

Надевает диву и кадиву;

Изукрасился наш ясный сокол,

На коня садится на лихого –

Как махнул и прилетел в Крушевец,

Где недавно царство основалось.

Юг-Богдан встречать его выходит,

С девятью своими сыновьями,

С девятью своими соколами,

Обижают и цалуют бана;

Конюхи коня его примают;

Сам идет он с Юг-Богданом в терем,

В терему они за стол садятся

И господские заводят речи.

Прибежали слуги и служанки,

Гостя подчуют, вино подносят;

Господа уселись но порядку:

Выше всех, в челе, на первом месте,

Юг-Богдан, домовладыка старый,

Страхинь-бан ему по праву руку,

А потом Юговичи и гости;

Кто моложе, подчивал старейших;

Больше всех Юговичи служили,

Друг за дружкой угощая батьку,

Старого, седого Юг-Богдана

И гостей хлеб-солью обносили,

Особливо зятя Страхинь-бана;

А слуга ходил с вином и водкой,

Наливал он золотую чарку,

В чарке было девять полных литров;

А потом, брат, подали и сласти,

Угощенья, сахарны варенья,

Ну, как знаешь, на пирушке царской!

Загостился бан у Юг-Богдана,

Загостился там, запропастился,

И не хочет уж оттуда ехать.

Все, что с ним в Крушевце пировали,

Надоели старому Богдану,

Говоря и вечером и утром:

«Государь наш, Юг-Богдан могучий!

Шелкову тебе цалуем полу

И твою десную белу руку –

Окажи ты милость нам и ласку,

Потрудися, приведи к нам зятя,

Дорогого бана Страхинь-бана,

Приведи его под наши кровли,

Чтоб его почествовать нам пиром.

И Богдан водил к ним Страхинь-бана.

Так живут они и поживают,

И не малое проходит время;

Страхинь-бан у Юга загостился;

Но стряслась беда над головою:

Раз поутру, только встало солнце,

Шасть письмо к Страхиньичу из Банства,

От его от матери любезной.