Хроники немецкого разведчика Ойгена Шварца и наркома НКВД Лаврентия Берии

Сталин задумался, затянулся и продолжил:

– Хотя это правый уклонист, то есть социал-демократ, но он симпатизирует нашей стране. Недаром во время империалистической войны перешел из австро-венгерской армии на сторону России. Уверен, Фирлингер понимает, что только СССР сможет помочь его стране остаться свободной. Зденек донесет до своего правительства нашу позицию и сделает все, чтобы там, в Праге, поняли серьезность наших намерений. Сообщите ему, мы подтверждаем еще раз, что сразу готовы прийти по первой просьбе Бенеша на помощь Чехословакии.

Сталин секунду-другую помолчал, затем твердо добавил:

– Даже в случае, если Англия и Франция уклонятся от выполнения своих обязательств.

Вождь вновь прошелся по ковровой дорожке, остановившись, задумался, а затем подошел к маленькому столику с телефонными аппаратами, взял с него машинописный лист и, вернувшись к большому столу, посмотрев на своих собеседников, произнес:

– Резидент военной разведки в Токио Зорге сообщает: «10.03.38 г. Высокопоставленный сотрудник Абвера в Японии в беседе с послом Германии в этой стране Оттом сообщил тому: «Когда Судетский кризис решится в пользу Германии, перед фюрером встанет следующая задача – это Польша.

Но фюрер попытается решить ее мирным путем, даже дружеским. Так как задача этих обоих государств – война с СССР».

Сталин, закончив читать спецтелеграмму, покачал головой и произнес:

– Вот такие дела, товарищи, но я глубоко сомневаюсь, что Гитлер будет сотрудничать с Польшей, хотя сейчас вместе с ней желает раздербанить Чехословакию.

Затем этот бандит с большой дороги неприменено захочет ее захватить, как сейчас пытается сделать это с Чехословакией.

Вождь остановился перед Потемкиным и продолжил:

– Вот что еще надо сделать, товарищ Потемкин. Твердо заявить президенту Польши Мосцицкому, что если его страна захватит Тешинскую волость Чехословакии, то Советский Союз разорвет договор о ненападении между нашими странами.

Сталин вновь подошел к маленькому столику, взял еще один лист и прочитал его: «Расчленение Чехословакии под англо-французским нажимом означает полное отступление европейской демократии перед угрозой применения силы со стороны фашистской Германии.

Эта капитуляция носит характер катастрофы; она отнюдь не содействует укреплению мира и обеспечению безопасности Великобритании и Франции. Наоборот, она неизбежно приведет обе эти страны к такому состоянию, когда они, в конце концов, лишены будут всякой возможности сопротивляться».