Под сенью девушек в цвету

(Мои домашние отчетливо произносили в этом слове первое о: возмутительно, а у Сванов его проглатывали: взмутительно.) Подумайте: с двух часов! – обращаясь ко мне, продолжал он. – Камил мне сказал, что между четырьмя и пятью приехало двенадцать человек. Да нет, не двенадцать, – он сказал: четырнадцать. Нет, двенадцать; я уж не помню. Когда я ехал домой, я совсем забыл, что моя жена сегодня принимает; смотрю: у подъезда видимо-невидимо экипажей, – я решил, что у нас свадьба. И пока я сидел в библиотеке, звонок за звонком, – у меня голова разболелась, честное слово.

Много у нее еще?» – «Нет, только две гостьи». – «А ты не знаешь кто?» – «Госпожа Котар и госпожа Бонтан». – «А, жена правителя канцелярии министра общественных работ!» – «Я знаю только, что он служит в министерстве, а что он там делает – понятия не имею», – наивничая, говорила Жильберта.

– Дурочка ты этакая! Можно подумать, что тебе два года. Ну что ты болтаешь: «служит в министерстве»? Он начальник канцелярии, начальник всего этого заведения, вот он кто, да нет, я не то говорю, у меня тоже голова не в порядке, честное слово, он не начальник канцелярии – он правитель канцелярии.

– Не знаю; разве это такой важный пост – правитель канцелярии? – спросила Жильберта, не упускавшая случая показать, что она равнодушна ко всему, чем гордятся ее родители. (Впрочем, быть может, она отдавала себе отчет, что, делая вид, будто не придает значения блистательным знакомствам, она тем самым только усиливает их вес.)

– То есть как это так не важный? – воскликнул Сван, – боясь, что если он проявит скромность, то это может вызвать у меня сомнение, он решил произнести целую речь: – Да ведь он после министра первый! Он даже больше, чем министр, – все делает он.

У него блестящие способности, это птица высокого полета, выдающаяся личность. Он кавалер ордена Почетного легиона. Прекрасный человек и, помимо всего прочего, красавец мужчина.

И в самом деле: его жена вышла за него наперекор всем и вся только потому, что он «неотразим».

У него было все, из чего составляется цельный облик незаурядного и тонкого человека: русая шелковистая борода, красивые черты лица, манера говорить в нос, мощное дыхание и стеклянный глаз.

– Откровенно говоря, – обращаясь ко мне, снова заговорил Сван, – это очень странно, что в состав нынешнего правительства входят такие люди: ведь это же Бонтаны из рода Бонтан-Шню, типичные представители буржуазии реакционной, клерикальной, отличающейся узостью взглядов.