Прах человеческий

Бурбон мог изменить меч до неузнаваемости, превратить в совершенно другое оружие.

А когда происхождение оружия невозможно отследить, оно становится идеальным инструментом для убийцы.

Меч Гибсона…

Говорят, Вселенная бесконечна. Так утверждают схоласты, и сам я был тому свидетелем. Но эта бесконечность проявляет себя не во всем, а только лишь в бесконечности пространства и бесконечности возможностей. Вселенная ограничена временем, ведь у времени было начало – в этом все маги сходятся, – а значит, будет и конец.

Как и у всех нас. И по-моему, именно в этом противоречии между бесконечным пространством и конечным временем скрыто объяснение всех кажущихся случайными совпадений, ведь подобно тому, как сохраняются неизменными масса и энергия, сохраняются и события.

А может, дело в том, что мы люди и наши жизни изначально тесно переплетены на ткацком станке человеческих трагедий.

– Меч Гибсона… – произнес я вслух. – Ты правда так думаешь?

– Я думаю, это весьма вероятно. Было бы здорово, если бы это было так.

Ему бы хотелось, чтобы ты владел им. Если это действительно меч Тора Гибсона. Ты ведь его сын, – улыбнулась она мне.

Я торопливо убрал цилиндр в карман туники и тряхнул рукой, словно обжегшись.

Валка не сводила с меня взгляда и после этого неловкого момента спросила:

– По-твоему, Дораяика не обманывал, когда говорил, что Вселенную создало Тихое?

Словно обжегшись второй раз, я посмотрел на нее и поднес палец к уху, как делает глуховатый человек, когда просит повторить.

– Нас никто не подслушивает, – произнесла Валка на нордейском, разгадав мой сигнал. – Вон там в раму встроен микрофон, – указала она на дальнюю стену, – но я только что его отключила. Будет выглядеть как небольшая неполадка. У нас есть несколько минут, прежде чем люди Оливы заметят и пришлют кого-нибудь проверить.

Несмотря на все тяготы нашего положения, я улыбнулся, вспомнив наше давнее пребывание во дворце Балиана Матаро.

– Навевает воспоминания?

– Еще как, – подмигнула Валка.

 – Но ответь на мой вопрос.

– Я думаю, что Дораяика всерьез в это верит, – без раздумий сказал я, потому что повелитель сьельсинов никогда не лгал. – И отчасти это правда. Ты же видела череп в Актеруму? Наблюдатели существуют. Тихое – тоже.

– Ты тоже веришь, что оно сотворило Вселенную?

– Вообще-то, о нем следует говорить в мужском роде, – поправился я. – Другие… – усмехнулся я, сам не веря своим словам, – другие Адрианы называли его «он». Никак не привыкну.