Приключения Оливера Твиста

Он отошел от замочной скважины, вытянулся во весь рост и с безмолвным удивлением переводил свой взор с одного на другого из трех присутствовавших.

– О, знаете ли, что я вам скажу, мистер Бембль? Он наверняка сошел с ума, – произнесла миссис Соуэрберри. – Ни один мальчик, будь он хоть наполовину в своем уме, не посмел бы так говорить с вами.

– Это не сумасшествие, ма'ам, – ответил мистер Бембль после нескольких минут глубокого размышления, – это все говядина, вот что!

– Что-о? – воскликнула миссис Соуэрберри.

– Мясо, ма'ам, мясо! – ответил Бембль. – Вы перекормили его, ма'ам. Вы искусственным способом подняли его дух, что неуместно с такими, как он. Члены комитета, убедившиеся в этом на практике, скажут вам то же самое, миссис Соуэрберри. К чему нищим высокий дух и нежные чувства? Достаточно и того, что тела их существуют. Если бы вы держали мальчишку на одной каше, этого никогда не случилось бы.

– Боже мой, Боже мой! – воскликнула миссис Соуэрберри, набожно поднимая глаза к потолку.

 – Вот что значит быть добрым и щедрым!

Щедрость миссис Соуэрберри по отношению к Оливеру заключалась в том, что она кормила его такими объедками, которые никто не решался есть. Но только такая кроткая и самоотверженная леди, как она, могла добровольно перенести несправедливое и тяжелое обвинение мистера Бембля, будучи, в сущности, ни в чем не повинной.

– Мне думается, – сказал мистер Бембль, когда кроткая леди снова опустила глаза к земле, – мне кажется, что в настоящее время вы можете сделать только одно: оставьте его в подвале приблизительно на сутки, пока он хорошенько не проголодается, затем выпустите и держите на одной каше все время, пока он живет у вас.

И сиделка, и доктор говорят, что на долю его матери выпало столько горя и лишений, что другая на ее месте не выдержала бы этого и умерла несравненно раньше, чем она.

Не успел мистер Бембль окончить свою речь, как Оливер, достаточно хорошо слышавший, что снова делаются какие-то намеки ли его мать, заколотил в двери с такой силой, что не было возможности говорить друг с другом.

В эту-то критическую минуту появился наконец и сам мистер Соуэрберри. Обе леди немедленно доложили ему о преступном поведении Оливера, приправив свой рассказ такими подробностями, которые неминуемо должны были взбудоражить всю его желчь. Он тотчас бросился к подвалу, открыл дверь и вытащил своего непокорного ученика за шиворот.