Роман на крыше

У миссис Вадингтон было достаточно оснований, чтобы убедиться в справедливости подозрений и в истине своих наблюдений. Молли описывала ей не воображаемого героя своего романа, а живого, во плоти и крови. И эта чума в образе человеческом сейчас стояла перед нею! И он был к тому еще художником! Миссис Вадингтон почти вздрогнула. Из всех миллионов индивидуумов, составляющих калейдоскопическую картину Нью-Йорка, она больше всего ненавидела художников. У художников никогда нет денег! Художники ведут безобразный образ жизни! Художники лишены всякой морали! Художники ходят на танцы и на маскарады, и, что хуже всего, они играют на мандолине! И человек, стоящий перед ней, принадлежал к этому кошмарному классу преступников.

– Может-быть, нам лучше пойти наверх? – предложила Молли.

Миссис Вадингтон очнулась от транса.

– Да, тебе лучше пойти наверх, – ответила она, подчеркивая местоимение таким образом, что самый недогадливый человек – и тот уловил бы смысл его.

И Джордж Финч великолепно уяснил себе значение этих немногих слов.

– Э-а-а… я полагаю… возможно, забормотал он – становится уже поздно и………

– Вы уже уходите? – спросила Молли, открыто обнаруживая свое огорчение.

– Разумеется, мистер Финч уходит, – отчеканила миссис Вадингтон.

Ее поза невольно внушала опасение, что она вот-вот приложится одной рукой к вороту Джорджа Финча, другой, к поясу его брюк, и….

– Наверно, у мистера Финча есть неотложные дела и мы не смеем его задерживать.

– Доброй ночи, миссис Вадингтон! Благодарю вас за доставленное мне удовольствие.

– Это было мило с вашей стороны вы заглянули к нам, – сказала миссис Вадингтон.

– Приходите почаще! – сказала Молли.

– Мистер Финч, несомненно, очень занятой человек, – отрезала миссис Вадингтон. У него, наверно, очень мало времени для визитов. Потрудитесь немедленно подняться наверх, Молли, доброй ночи, мастер Финч.

Миссис Вадингтон проводила молодого человека взглядом, едва ли соответствовавшим добрым старым традициям американского гостеприимства.

– Феррис! – обратилась она к слуге, когда дверь за гостем закрылась.

– Что прикажете, мадам?

– Феррис! Этот человек ни под каким предлогом не должен переступить порог моего дома.

– Слушаю, мадам.

* * *

Стояло теплое весеннее утро, когда Джордж Финч поднялся по ступенькам крыльца дома номер шестнадцать по Семьдесят Девятой улице и позвонил.