Сонеты

Когда в блаженный час от жизни отойду,

И ты переживешь меня и невзначай

Прочтешь мои стихи, что в рифму я кладу,

Ты неумелости стиха не замечай!

С годами уровень людских умов растет;

Писанья лучшие в законный срок придут!

Но ты люби мой стих; ведь в нем любовь живет,

Любовью, мнится мне, меня не превзойдут!

И в благосклонности к нему скажи скорей,

Что если б я, твой друг, я был еще в живых

И дожил до иных, намного лучших дней –

То стал бы я писать не хуже всех других.

Когда б не умер я, твой друг, я лучше б стал –

Они стихом берут, а я любовью взял.

    Перевод К.К. Случевского

О, если ты тот день переживешь печальный,

В который смерть меня в ком грязи превратит,

И будешь этот гимн просматривать прощальный,

Исшедший из души того, кто уж зарыт, –

Сравни его стихи с позднейшими стихами –

И сохрани его не ради рифм пустых,

Подбор которых так приятен для иных,

А ради чувств моих, измученных страстями.

Ты вспомни обо мне тогда – и возвести:

«Когда бы с веком мог талант его расти,

Любовь бы помогла создать ему творенья,

Достойные стоять всех выше, без сомненья;

Но так как он в гробу, певцы ж родятся вновь,

То буду всех читать: им – честь, ему – любовь».

    Перевод Н.В. Гербеля

О, если ты меня переживешь,

Когда давно истлеет тело это,

И как-нибудь случайно перечтешь

Нескладный стих поклонника-поэта, –

Сравни его с стихом позднейшим века,

И, хоть он много будет превзойден,

В нем чтя не рифмы, – сердце человека,

Который был тобой порабощен, –

Утешь меня, любовно помышляя:

«Когда б стихи покойника могли

Идти за веком, дружбу воспевая,

Они бы лучших слогом превзошли.

Но раз, что умер он, я чту искусство

У стихотворцев века, в нем же – чувство».

    Перевод М.И. Чайковского

Сонет XXXIII

Full many a glorious morning have I seen

Flatter the mountain-tops with sovereign eye,

Kissing with golden face the meadows green,

Gilding pale streams with heavenly alchemy;

Anon permit the basest clouds to ride

With ugly rack on his celestial face,

And from the forlorn world his visage hide,

Stealing unseen to west with this disgrace:

Even so my sun one early morn did shine

With all-triumphant splendour on my brow;

But out, alack! he was but one hour mine;

The region cloud hath mask'd him from me now.