Сонеты к Орфею

Страданья не бойтесь, и эту тяжесть

вы равновесьем верните Земле:

и горы тяжелы, тяжелы моря.

Детьми вы деревья сажали,

и стали давно тяжелыми и они. Обмана тут нет.

Но воздух… но дали…

V

Errichtet keinen Denkstein. La?t die Rose

nur jedes Jahr zu seinen Gunsten bl?hn.

Denn Orpheus ists. Seine Metamorphose

in dem und dem. Wir sollen uns nicht m?hn

um andre Namen. Ein f?r alle Male

ists Orpheus, wenn es singt. Er kommt und geht.

Ists nicht schon viel, wenn er die Rosenschale

um ein paar Tage manchmal ?bersteht?

O wie er schwinden mu?, da? ihrs begrifft!

Und wenn ihm selbst auch bangte, da? er schw?nde.

Indem sein Wort das Hiersein ?bertrifft,

ist er schon dort, wohin ihrs nicht begleitet.

Der Leier Gitter zw?ngt ihm nicht die H?nde.

Und er gehorcht, indem er ?berschreitet.

V

Надгробье? Нет. Пусть лучше роза

цветет его во славу лире.

И в ней Орфей, его метаморфоза.

Так этот бог проявлен в мире

под множеством имен.

все звуки, и он волен быть во всем,

являться, исчезать. Как все-таки прекрасно,

что розы долговечней он.

Поймете тотчас, едва придет ему пора уйти!

Ведь даже бог страшится своего ухода.

Хоть слово его здесьбытие сумело превзойти.

Уже он там, куда не проводить,

служила лира лишь до срока его рукам.

Он подчинился зову, черту переступив.

VI

Ist er ein Hiesiger? Nein, aus beiden

Reichen erwuchs seine weite Natur.

Kundiger b?ge die Zweige der Weiden,

wer die Wurzeln der Weiden erfuhr.

Geht ihr zu Bette, so la?t auf dem Tische

Brot nicht und Milch nicht; die Toten ziehts.

Aber er, der Beschw?rende, mische

unter der Milde des Augenlids

ihre Erscheinung in alles Geschaute;

und der Zauber von Erdrauch und Raute

sei ihm so wahr wie der klarste Bezug.

Nichts kann das g?ltige Bild ihm verschlimmern;

sei es aus Gr?bern, sei es aus Zimmern,

r?hme er Fingerring, Spange und Krug.

VI

Отсюда он? Нет. Обоим мирам

природа его вечная причастна.

Ива лишь рукам, ведающим ее суть,

знающим ее тайны, подвластна.

Спать уходя, со стола убeрeте

хлеб с молоком – они мертвых влекут.

Но он, заклинатель, проберется

сквозь ваши сомкнутые веки.

Смешать порядок явлений,

реальное с дурманными видениями,

как под дымянкой и рутой,

не составит труда для него.

Взгляду его нет чуждого ничего.