Фурии командира

 – Мы хотели узнать, что может заставить алеранцев воевать бок о бок с канимами, Макс.

– Канимы освобождают рабов, – с гримасой отвращения ответил Макс.

Тави кивнул.

– Сколько их? – спросил Макс. – Как ты думаешь?

– Едва ли очень много, – сказал Тави. – У них мало снаряжения, если мы можем судить об армии по тому, что видим у разведчика. И если бы их собрали очень много, то шпионы Эрена об этом узнали бы. А так все сходится.

– О чем ты? – спросил Макс.

Тави кивнул в сторону рабского легиона:

– Эти люди знают, что в случае поражения они умрут, Макс.

Жизнь многих рабов тяжела, но далеко не всех. Полагаю, тех, кто пожелал сражаться, было совсем не много, остальные предпочитают подождать, пока война закончится.

– Но эти будут сражаться так, словно все вороны гонятся за ними, – угрюмо заметил Макс.

– Да, – ответил Тави.

– Тогда нам следовало атаковать, – заявил Макс после минутного молчания. – Я понимаю, почему ты поступил иначе. И великие фурии знают, я согласен с твоими принципами.

Но теперь многим придется умереть, чтобы их остановить. А ты мог покончить с ними без потерь. Твое решение обойдется нам очень дорого.

– Но цена будет не такой высокой, как если бы мы создали целый легион мучеников, – тихо заговорил Тави. – Если я прав, то сейчас четыре тысячи рабов взялись за оружие. Если бы мы их прикончили, Макс, то доказали бы, что Алера не даст и вороньего пера за их жизнь, и у Насауга будет уже не четыре тысячи бойцов, готовых идти в бой.

У него появятся сорок тысяч разъяренных добровольцев. Читай историю, Макс. Канимы ее хорошо изучили. – Тави покачал головой. – Сильнее всего человек сражается за свою жизнь – и свободу.

Макс тяжело вздохнул и нахмурился.

– Это была ловушка, – прошептал он. – Нам предложили этих воинов в качестве наживки.

– Да, возможно, это была ловушка, – кивнул Тави. – Однако Насауг планирует операции иначе. Он не ставит перед собой одну цель. Полагаю, у них есть и другие задачи.

– Какие? – спросил Макс.

– Послание. – Тави встал и кивком показал на распростертого разведчика. – Пойдем. Нам нужно убраться отсюда подальше, пока друзья не начнут его искать. – Тави наклонился и перевернул бывшего раба на бок.

– Что ты делаешь?

– Не хочу, чтобы он захлебнулся в собственной крови, – ответил Тави. – Уходим.

Они осторожно прокрались к лошадям, оставленным в густой еловой роще.

– Тави? – спросил Макс.