Фурии командира

Холодок пробежал по спине Тави, когда он заметил, что Наварис смотрит на него пустыми глазами. Она несколько мгновений выдерживала его взгляд, потом холодно улыбнулась.

Тави отвернулся и с трудом сдержал дрожь.

– Господа, – заговорил Арнос, – мы слишком долго придерживались оборонительной тактики. Слишком долго стояли на стенах и защищали мосты. Пришло время перейти в наступление и встретить врага в поле, чтобы он узнал, что такое разгневанные легионы.

По залу прокатился одобрительный шум – и опять офицеры Первого алеранского легиона помалкивали.

– С этого дня начинается наступательная кампания, – продолжал Арнос. Он повернулся и начертил на грифельной доске прямую стрелу от Элинарха на Мастингс. – Мы сразимся с основной частью войск канимов и покончим с ними еще до того, как они успеют построить корабли. Мы выступаем на рассвете, через два дня. Подготовьте людей. Все свободны.

В зале зашумели, офицеры вставали со своих мест и направлялись к выходу. Очень скоро Сирил и Тави остались вдвоем.

Сирил бросил взгляд на карту, нарисованную на грифельной доске, и закатил глаза.

– Конечно. Маршируем к цели по прямой. – Он вздохнул. – Сколько укрепленных пунктов у Насауга на этом пути?

– Три, может быть четыре, – ответил Тави. – И множество прекрасных возможностей ударить с флангов по нашим колоннам с продовольствием. А потом взять город.

– Мы сможем сломить их сопротивление?

– Это зависит от нескольких факторов, – ответил Тави. – Если Насауг готов нести тяжелые потери, он наверняка нас остановит.

Сирил покачал головой:

– Он не станет так поступать. Насауг постарается наносить нам тяжелые удары, но своих людей будет беречь.

Тави кивнул:

– И мы будем нести тяжелые потери до самого Мастингса. А потом молот опустится.

– Сколько это займет времени?

Тави покачал головой и погрузился в подсчеты. Благодаря напряженной работе Эрена у него имелись детальные карты, которые Тави использовал в собственном планировании, и он хорошо знал территорию, на которой предстояло вести бои.

– Думаю, потребуется недель десять, если только нам не начнет везти. – Тави посмотрел на карту. – А мне не кажется, что удача повернется к нам лицом.

– Очень многое может случиться за десять недель, – заметил Сирил.

– Мне следует еще раз с ним поговорить, – сказал Тави. – Лично. Возможно, он по-другому отнесется к идее переговоров, если вокруг не будет других людей.

– Он всегда окружен людьми, – сказал Сирил.