Хозяйка Мельцер-хауса

– Да, в газете это действительно было написано, – сказал он наконец, чтобы успокоить их. – Но если вы внимательно читали, то должны были обратить внимание на слова «пока» и «предварительно».

– Он хочет выкрутиться отговорками, – прошептала Лисбет Гебауер стоящей рядом с ней Бихельмайер.

– Эти капиталисты всегда оставляют себе лазейку.

– Прекрати так говорить, он сейчас разозлится…

«Так-так, – подумал Мельцер. – Значит, Бихельмайер принадлежит к социалистам». Эта шайка извлекала выгоду из тяжелой ситуации, в которой находилось отечество, и уводила работниц с правильного пути.

– Даже если бы я хотел, – громко сказал он, поднявшись со стула, чтобы его лучше было слышно, – даже если бы я хотел, я не мог бы выплатить вам зарплаты ваших мужей, потому что у меня нет денег.

– В это… в это мы не верим!

Иоганн Мельцер в ответ на подобную грубость был готов перейти на крик, но он ограничился тем, что бросил на Бихельмайер, прокричавшую эту фразу, очень сердитый взгляд. Она была одной из его тружениц-ветеранов, эта высокая костлявая особа сорока с лишним лет.

– Да вы хоть раз заглянули в цеха? – выпалил он. – Работает ли хоть один станок? Мертвая тишина! Потому что нет шерсти, нет хлопка. И даже если бы у меня было сырье, то все равно нет угля, чтобы завести паровые двигатели.

– А почему вы не делаете бумажную ткань? – спросила между тем одна из работниц.

Мельцер проигнорировал этот вопрос и продолжил свое объяснение:

– Я изо всех сил стараюсь сохранить хотя бы те немногие рабочие места, что у меня есть. Вы интересовались, как обстоят дела на других производствах? Например, в Геггингене? На прядильной и на ткацкой фабрике Пферзее? На текстильной фабрике «Бемберг АГ»? Повсюду простой и пустые цеха. А кто хочет заработать денег, тому надо идти на машиностроительный завод. Например, на завод «Эппл & Буксбаум».

Он слишком хорошо знал, что просто говорит красивые слова, потому что машиностроительные заводы не брали на работу женщин. Теперь, когда он выпустил пар и его сердце снова стало биться ровно, ему было жаль этих женщин. Они пришли сюда не потому, что были такими нескромными, их привела сюда нужда. Нужда и проклятые социалистические идеи, вскружившие им головы.

– Наступят лучшие времена. – Он пытался успокоить их.