Проклятие Мафусаила

Леонид Семенович незаметно провел вспотевшей ладонью по штанине, прежде чем ответить на рукопожатие. Аббасов несколько раз энергично тряхнул его руку и отпустил.

– Вас так и величать? Господин Аббасов? Или лучше обращаться к вам по званию?

Аббасов рассмеялся, демонстративно придвинул к себе стул для посетителей и устроился на нем, закинув ногу на ногу.

– Зачем нам звания! Я же не вызывал вас повесткой на допрос. У нас с вами беседа не совсем официальная.

– Все-таки я хотел бы понимать, с кем имею дело.

– Я возглавляю следственную бригаду по особо важным делам северо-западного управления внутренних дел. Если вам угодно, знать мое звание, то я – штабс-капитан.

Полунин снял пальто, расправил на плечиках и убрал в шкаф; сменил уличные теплые ботинки на туфли для офиса, прошел за стол, выложил из портфеля папки с рабочими документами и опустился в свое кресло.

– О чем же вы хотели поговорить, господин штабс-капитан? – спросил он, напустив на себя недоуменный вид, каковой полагалось иметь государственному служащему, не замешанному ни в чем таком подозрительном.

Аббасов прищурился.

– Леонид Семенович, – произнес он, растягивая гласные, и сцепил волосатые пальцы на колене. – Изучение вашего личного дела заняло у меня немало времени. Определенное удовольствие я получил. Почти что детектив. Но ваши прошлые подвиги меня не волнуют. Не мой профиль. У меня к вам совсем другие вопросы. Они касаются вашего племянника.

– Племянника?

Главное не переусердствовать с удивленным взглядом, Лёня.

– У вас очень богатая мимика, но не пытайтесь меня убедить, будто бы совсем забыли о его существовании.

– Конечно, нет! Вы меня пугаете, господин штабс-капитан… Он попал в какую-то переделку? С ним все в порядке?

Аббасов не спускал с Полунина цепкого взгляда. Последний вопрос повис в воздухе. Жандарм долго не спешил с ответом.

– Трудно сказать. На все воля Аллаха, Леонид Семенович… Когда вы в последний раз его видели?

Полунин посмотрел на плафон люстры под потолком, словно там скрывался ответ на последний вопрос.

– Не могу точно припомнить… Мы встречаемся не очень часто, – доверительно сообщил он. – У нас были натянутые отношения с его матерью, моей сестрой… В последние лет десять мы с ней и не общались толком, откровенно говоря.

– Почему?

– Ну… У нас произошел серьезный конфликт, о подробностях которого я не хочу распространятся.

На мгновение он помрачнел и погрузился в себя.