Похождения полковника Скрыбочкина

И, конечно, ему уже ни о чём не приходилось жалеть и сокрушаться, ибо у любого нормального человека в подобной ситуации не могло возникнуть позывов к негативному умонастроению.

Блондинка стонала под Скрыбочкиным, выгибалась на постели и, царапая ему спину ногтями, отрывисто сотрясала воздух нутряным зыком наслаждающейся женщины:

– Garanh?o![1 - Garanh?o – жеребец; парень, чувак (португальск.)]

– Mach?o![2 - Mach?o – «суперсамец», увеличительное от Macho – самец (португальск.)]

– Fodedor![3 - Fodedor – мужчина с репутацией полового гиганта (португальск.

Нет, Скрыбочкин, конечно, не понимал благодарных слов партнёрши, однако ему и без этого не приходилось скучать среди собственных ощущений, похожих на горячий бред наяву, переходящий в оглушительную агонию страсти.

…Вскоре перед полковником Быком стоял давешний вербовщик.

– Значит, упустил объект, майор? – зловеще прохрипел Бык, тщательно разглядывая белый потолок, точно предполагая отыскать на нём знаки скрытого рельефа, способные дать ему ключ к безошибочному пониманию оперативного прошлого и будущего.

– Никак нет, не упустил! – выструнился одноглазый. – Ситуация остаётся под нашим полным контролем!

– Тогда докладывай: где сейчас находится курьер?

– В гостинице.

– Чем занимается?

– Понятное дело, – смутился одноглазый, – на то она и проститутка, чтобы высасывать из него валюту.

– Проститутка? Гм… Это ещё не худший вариант развития событий. А ты уверен, что она та, за кого себя выдаёт?

– Так точно.

– Ладно, частности трогать не стану. Но учти, Медвежуев: не завербуешь агента – поедешь дослуживать на Новую Землю!

– Да говорю же, товарищ полковник: всё под контролем, от Зачатьева ещё никто не уходил!

***

Из сто семнадцатого номера Скрыбочкин появился на подгибающихся от недавнего удовольствия ногах. В голове у него было жидко, почти как в безвоздушном пространстве. Словно волна дезинфицирующего средства прокатилась сквозь его мозг, вытянув из каждой извилины всё мало-мальски живомысленное…

Некоторое время Скрыбочкин раздумчиво раскачивался на месте, точно опасался от неосторожного движения утратить свою вертикальную составляющую; а затем начал медленно перемещаться по гостиничному коридору, сопутствуемый неизменной ручной кладью, которая увеличилась за счёт тяжёлых оконных гардин и затейливого белья сегодняшней случайной знакомой.