Венеция. Пандемиозо

Затем решили, что в крайнем случае – если Элен задержат – останемся в Белграде: заплатим за неё штраф, купим билеты на следующий день или на когда уж там получится, а сами пока поживём в сербской столице, вволю попьем сливовицы и поедим плескавицы. Остановившись на этом, мы стали коротать время, соревнуясь в произнесении местных скороговорок – брзалице:

– Криво рало Лазарево криве лазе разорало!

– Шаш деветерошаш, како се раздеветерошашио!

– Сврака свраку прескакала, свака сврака скака на два крака!

– Петар Петру плете плот, са три прута по три пута, брзо плети Петре плот!

– Ко покопа попу боб у петак пред Петровдан?

– Ја канура и канура и оста jедна канура недоканурана!

В общем, примерно в таком духе.

Сербский язык – он забавный. Например, слово «театр» по-сербски звучит как «позориште», а «гордость» – как «понос». Слова же «курятина», «китаец» и «спички» здесь произносить нежелательно, поскольку это «псовки», собачий язык, а по-нашему – матюги.

Нет, наши скороговорки были вполне пристойными.

Правда, произнести хоть одну из них без запинок мастера не нашлось.

А потом Элен благополучно вернулась, и мы улетели в Венецию.

Суть произошедшего в аэропорту инцидента выяснилась в следующем.

Валериан страдает неизлечимой меломанией. Казалось бы, какая может быть связь между этим безобидным недугом и таможенными препонами? Сроду не угадаете, но самая прямая. Просто Симанович прихватил с собой в путешествие небольшой кубообразный гаджет – этакий проигрыватель – с коллекцией матерных песен кубанских рокеров.

И (судя по всему, от душевного удара по чемодану в момент перегрузки с самолёта на самолёт) гаджет включился. Матерный фольклор кубанских рокеров полился в свободный доступ и ввёл в восторженный ступор сербских грузчиков. А следом за ними и братушек-таможенников… Однако восторг восторгом, а службу исполнять надо. Поскольку багаж Валериана был оформлен на Элен, то её и затребовали, дабы она выключила источник культурной информации.

Уж не знаю, каким образом она – без знания языка – умудрилась столь быстро очаровать сербских блюстителей авиапорядка, однако провожали они её рукоплесканиями и криками: «Глумица!» (В переводе с сербского это означает: «актриса». А Элен ведь и впрямь актриса, никуда не денешься).

Таким образом, нам удалось успеть на посадку. В самый последний момент, но удалось.

Мы улетели из Белграда и прилетели в Венецию.

И это главное.