Пушкин с востока на запад

Пушкин с востока на запад

Евгений Петропавловский

В этом травелоге описаны мои путешествия по Кубани и Крыму вслед за Пушкиным, со сдвигом во времени, составившим два века. Но протагонист здесь, конечно же, Александр Сергеевич. Посему книга являет собой этакий контерфект поэта в динамике – без ложного пафоса, но и не запанибрата, в меру моих скромных…

Евгений Петропавловский

Пушкин с востока на запад

Пушкин с востока на запад

Предисловие

Признаюсь, довольно продолжительное время я относился к Пушкину весьма легковесно.

Полагал его творчество чем-то само собой разумеющимся, архаическим и вместе с тем почти декоративным. Оттого, ступив на стезю поэзии, подчас реминисцировал, гиперболизировал и травестировал, бесцеремонно отталкиваясь от Александра Сергеевича. Например, в таком наклоне:

Я памятник себе воздвиг нерукоблудный.

Сквозь тьмы альковов путь к нему лежит.

Давно со счёта сбился я, но в час мой судный

господь всех фигуранток огласит.

И буду тем любезен я природе,

что генотип умножил свой в народе.

Эти строки я накропал давным-давно, ещё в прошлом тысячелетии, обуреваемый свойственным юности (впрочем, вполне безотчётным, если это меня сколько-нибудь оправдывает) желанием подёргать классика за отродясь не существовавшую бороду.

Что уж там, ведь даже Владимир Высоцкий более полувека тому назад соблазнился и написал песню «Лукоморья больше нет». Без сомнения, у каждого из рифмующих на русском языке извилины крепко настояны на густом вареве из питательных литературных мемов, порождённых Александром Сергеевичем Пушкиным.

А у меня, как водится, миновал возраст самолюбования, и приспела пора покаяния. Впрочем, нет, вру: откуда взяться покаянию у прожжённого циника? Точнее будет назвать это порой переосмысления. И теперь, дабы частично реабилитироваться в собственных глазах, попытаюсь развернуть перед современниками картину путешествия «солнца русской поэзии» по Северному Кавказу и Крыму.

Благо сам живу в одной из точек упомянутого маршрута и регулярно путешествую по нему то в одну, то в другую сторону. И, пожалуй, испытываю во время этих путешествий чувства, аналогичные тем, которые испытывал юный Пушкин, озирая необъятные просторы Причерноморья: кубанские степи, таманское лукоморье, Тавриду… Овеянные преданиями места, в коих – ещё со времён «Сказания о полку Игореве» – живёт поэзия.

Да и сам я со всем моим удовольствием проедусь рядом.