Сити, деньги и перо

– А о каких именно вещах идёт речь? – Было видно, что молодой человек волнуется, но изо всех сил старается держать себя в руках.

– Я хотел бы пока не вдаваться в конкретику, – развёл руками Эдик. – Меня интересует ваше принципиальное согласие на помощь.

– Знаете, у вас довольно оригинальные методы договариваться, – скривил губы в усмешке Еремеев. – Сначала меня похищают, потом я участвую в драке с непонятными созданиями, а потом являетесь вы и начинаете требовать какое-то обещание.

– Слышишь, ты! – влез в беседу Мирон, попытавшись нахмурить брови, а затем страдальчески схватившись за лицо. – Если ты ещё не понял, то мы тебе жизнь спасли. Два моих друга сейчас находятся в реанимации, и всё из-за твоей тощей задницы. Может быть, господин полковник и впрямь слишком вежлив? Давайте выгоним этого лягушатника на улицу к чёртовой матери, а там посмотрим, как быстро он прибежит обратно.

– Не надо на меня кричать, – дрожащим голосом ответил Еремеев. – Я вообще-то не просил меня спасать. Может быть, если бы не вы, то ничего бы и не случилось.

От этих слов Мирону сделалось дурно. Он скорчил страшную физиономию, но больше ничего сделать не успел. Француз просто-напросто потерял сознание.

– Ну что ж они там в своей Европе? Совсем все калечные? – разочарованно спросил Мирон, глядя на нас с Эдиком.

– Глядя на тебя, можно и инфаркт получить, – съязвил Эдик, легонько похлопывая Еремеева по щекам. – Что-то он и впрямь отключился. Как бы кони не двинул.

Кони конями, но француз в тот день так и не очнулся. Причём я, если честно, происходящему сильно удивился. От чего вдруг наш юный друг впал в такое сильное беспамятство? Его же действительно не били и даже утюг разогреваться не поставили.

Поначалу я даже заподозрил Эдика в каких-то фокусах, но потом решил, что ошибаюсь. Полковник искренне пытался привести Еремеева в чувство, разве только искусственное дыхание ему сделать не успел. Так что разбираться с этим беспамятством придётся госпитальным врачам во главе с Надеждой Владимировной.