Сити, деньги и перо

Тем временем дверь в зал снова отворилась, и на пороге, внимательно оглядывая помещение, остановился грузный широкоплечий мужчина в соломенной шляпе и со старым брезентовым рюкзаком на плече. Да уж, вот ему явно никто не приседал на уши по поводу важности мероприятия и обязательности костюма.

Кирзовые сапоги, брезентовые брюки и растянутый свитер наверняка привлекли не один взгляд, пока мужчина шёл по Москва-Сити. Такой наряд гораздо больше подошёл бы берегу озера и рыбалке, чем деловому центру, но мужчину, похоже, это абсолютно не смущало.

Неторопливым, но весьма уверенным шагом обладатель соломенной шляпы подошёл к столу, за которым сидел Алексеев, и громогласно поздоровался.

– О-о-о, – донёсся до нас изумлённый голос нотариуса. – Михей Валерьянович! Очьень йяд и очьень удьивьён! Ви тоже жьелайете узнать пьёследнюю вьёлю Ивана Макьимовьича? Но вас же нье било в списках! Интейесно узнать, как ви сьюмели пйёйти охьяну?

– Когда мне куда-то надо, то я иду и не спрашиваю, – произнёс в ответ мужчина, стаскивая с головы шляпу и демонстрируя почтенному обществу роскошную лысину.

 – Ты же, наверное, и сам завещание не читал, а иначе бы не задавал таких глупых вопросов.

После этих слов человек со странным именем Михей Валерьянович развернулся и ещё раз внимательным взглядом оглядел всех собравшихся. Когда его взор ощупал меня с ног до головы, я непроизвольно поёжился. Не знаю почему, но меня обдало арктическим холодом, как будто я оказался абсолютно голый на морозе.

Мысль «Куда я полез?» с каждой секундой становилась всё сильнее.

Отвлекаться от происходящего и навязчивого бормотания Крамера помогали только фантазии о том, с каким наслаждением я прямо на себе в мелкие клочья разорву пиджак и рубашку. У меня было навязчивое ощущение, что я пропотел насквозь и выгляжу абсолютным чучелом.

А дальше народ в зал повалил буквально косяками. Я чувствовал исходящие от них эманации силы, а некоторых участников сборища узнавал в лицо.

Вот ещё один глава вампирской семьи.

Не помню точно, по-моему, его зовут Александр. Общих дел мы с ним не имели, но, помнится, меня с ним как-то знакомили в баре у Артёма. Артём же как раз и знакомил. Семья у этого Александра вроде как небольшая, но очень хорошо организованная и сплочённая.

А с этой ведьмой мы однажды сцепились из-за картины. Ну не совсем простой картины, конечно же. Там была изображена девушка с ландышами, вроде бы банальный портрет, но с очень противным нюансом.