Грифон

Перед моим взором где-то в пространстве вспыхнула нить, красная, довольно толстая – значит, девушка где-то рядом. Если разыскиваемый человек находится далеко, нитка тонкая-тонкая, даже пунктирная, и бывает, что исчезает. А это – толстый канат, чуть не в два пальца толщиной!

Не открывая глаза, я пошел вперед, следуя за нитью. Можно было, конечно, открывать глаза и ориентироваться на местности, чтобы не свалиться в помойку и не врезаться в придорожный столб, но я предпочитал не прерывать процесс – потом снова настраиваться, снова вызывать нить… а вдруг не смогу вызвать? Бывали и такие случаи – вражеский маг поставит защиту, и как не бывало нити.

Только защита дорогая, не все умеют ее делать, да и поставить ее можно только на пути своей, личной, нити, но кто знает? Может, уже научились.

Семеныч подталкивал меня по ходу движения, направляя в обход препятствий в виде мусорных бачков и ларька с сигаретами. Потом он дернул меня за пояс штанов:

– Стой. Подожди.

Я открыл глаза и увидел, что стою возле проходной складского комплекса и на меня, вытаращив глаза, смотрят два охранника в черной форме ЧОПа.

– Вы к кому? У вас есть пропуск?

– Полиция! – веско сказал Семеныч и продемонстрировал красное удостоверение.

– И что? – пожал плечами охранник. – Давайте решение суда или постановление прокурора, тогда и пущу! Без этого – валите-ка отсюда, ребята! Я сам из бывших ментов и закон знаю.

Вот уже лет пятьдесят прошло с тех пор, как полиция назвали полицией, а прозвище «менты» так и осталось.

Русский народ консервативен и никак не желает на пиндосский манер называть нас копами, подумалось мне.

– Вась, ты уверен в том, что видел? – тихо спросил Семеныч, глядя мне в глаза. – Если да – будем прорываться. Если нет – лучше съездить за прокурорским постановлением, иначе проблем будет выше крыши.

– Семеныч, я с пяти лет магичу. Ты чего спрашиваешь меня такие вещи? Даже обидно…

– Ладно. Я понял. – Он достал из кармана пузырек темного стекла, высыпал на ладонь немного пыли (кал летучей мыши, толченая кость черного петуха, табачная пыль, земля, с могилы взятая в полнолуние), потом резко бросил этот порошок в сторону охранников, выкрикнул три слова заклинания.

(Завидую Семенычу – память у него абсолютная. Такого запаса заклинаний, как у него, нет ни у одного знакомого мага. Настоящий опер!)

Охранники протестующе взмахнули руками и осели на пол, вырубленные могучим сном.