Грифон

А еще какие-то ощущения есть? Ну, что-то магическое ощущаешь? Ты же упал прямо на разряжающийся артефакт!

– Ничего не ощущаю… пока, – выдавил я из себя. – Попить что-нибудь есть? Говорить не могу, все пересохло.

Мне принесли стакан теплой, пахнущей хлоркой воды. (Водоканал как работал по старинке, травил людей хлором, так и продолжает травить. И не желает поддаваться новым веяниям.) Я промыл глотку, и в голове стало немного яснее.

Посмотрел на пентаграмму – свечи потушили, Светку сняли. Возле пентаграммы лежало чье-то тело, накрытое скатертью со стола.

Судя по босым ногам, торчащим из-под ткани, это был кто-то из чернокнижников. Меня интересовали две вещи: 1) жива ли Светка; 2) когда я смогу отсюда свалить и вдоволь поболеть на койке, у себя дома, в своей маленькой комнатке. Впрочем, напрашивался еще вопрос: кто меня туда доставит? Потому что каждое движение вызывало у меня тошноту и головную боль.

Я попытался встать, медленно, опираясь на стену. Коллеги после случившегося перетащили меня к стене и аккуратно положили вдоль нее.

Хорошо хоть с головой не накрыли, как этого кадра.

Кстати, а сколько времени я пролежал? Чего это они его накрыли-то? А осмотр места преступления, а криминалист? И где остальные участники сатанинской оргии? Кстати, ни одной бабы среди них не было. Гомосеки, что ли? Может, и так. Сатанинские оргии предполагают полную распущенность на их мессах. Впрочем, с чего я решил, что это сатанинская оргия? Совсем не обязательно. Чернокнижники могут и не обращаться к Сатане.

Куда они обращаются – вот вопрос. Никто не знает. Вот только обряды их поганые и обязательно требуют крови, вместе с жизнью донора.

– Семеныч, Светка жива?

– Пока – да, – неохотно ответил Федоренко, бродящий вокруг пентаграммы и внимательно рассматривающий ее линии. – В больницу увезли. На переливание крови. Ее почти всю сцедили. А перед этим изнасиловали – все, по очереди.

– А это кто валяется? – Я указал на тело под покровом.

– Главный их, черный маг.

Когда ты накрыл телом амбразуру, то бишь артефакт, он решил поправить дело и собирался выпустить из тебя кровушки путем взрезания твоей худой шеи. Черным кинжалом. Мне пришлось стрелять на поражение. Времени на колдовство не было. Так что – полголовы урода как не бывало.

– Шеф всегда хорошо стрелял, – хохотнул Коля. – А в этот раз превзошел самого себя. Черепушку как консервным ножом вскрыл!

– Перестань! – поморщился Семеныч. – Мне пришлось.