Я не была твоим врагом

— Ешь! Тебе же нравятся, я видела, как ты съела одно, — ворчливый голос ребёнка вернул меня к странной игре и, вновь обратив свой взгляд на Эйли, я, едва сдерживая улыбку, проговорила:

— Идём завтракать, думаю, твой огонёк стесняется есть один.

Малышка нерешительно кивнула и, стараясь до меня не дотрагиваться, одной рукой подхватила бронзовый подсвечник, в другой продолжая держать печенье, направилась к столу. Я тоже не стала медлить и поспешила за девочкой, и вскоре мы приступили к трапезе, обе время от времени украдкой поглядывая на дёргающееся пламя.

Но первой крохотную рыжую ящерку, сбежавшую вниз по свече, увидела я - не знаю, как мне удалось сдержать изумлённый крик и сделать вид, что появление из огня малютки варана это само собой разумеющееся. Я сейчас же решила, что мне необходимо как можно больше узнать о магии этого мира, в воспоминаниях Талии о необычном явлении не было ни слова.

— Не пугай, сделай вид, что не замечаешь её, — едва слышно пробормотала, успев остановить восторженный крик девчушки, — она твой Огонёк?

— Да.

У папы их три, они ему подчиняются, а моя непослушная, — так же тихо прошептала девочка, удивительно умненькая и сообразительная для своего возраста.

— Наверное, она ещё маленькая, — предположила, внимательно следя за крохой, которая, настороженно посматривая на ребёнка и меня, медленно подступала к тарелке с печеньем.

— Наверное, — грустно вздохнула девочка, — как её папе показать?

— Ты не спеши, пусть Огонёк к тебе привыкнет, — ответила, продолжая одновременно наблюдать за малышкой, позабывшей о своём завтраке и с восхищением поглядывающей на своего необычного, размером с детский мизинчик питомца, и на ящерицу, которая с удивительной скоростью и невообразимой вместительностью поедала большое, с мою ладонь, печенье.

Но, к сожалению, наслаждаться приятным обществом мне пришлось недолго. Едва я допила свой отвар, Эйли всё-таки доела бутерброд, а ящерка умяла последние крошки от второго печенья, дверь с шумом распахнулась и в комнату вошёл Алан Гэйр.

— Эйли, идём!

— Смотри… — обрадованно заговорила было девочка, спеша похвастаться наверняка очень важным для неё достижением, но ящерка, увы, уже исчезла. Растерянно оглядев стол, ребёнок, стиснув кулачки, делал неимоверные усилия, чтобы сдержаться, но предательские слёзы подступили к глазам, поблёскивая на ресницах, и вскоре две крупные капли медленно покатились по её щекам.