Переполох меж Граней. Турнир четырёх Академий

— Лилу привычно дурачится, но тут же сникает под строгим взглядом Рика.

— Как я и сказала, ваши товарищи вот-вот будут у кромки Обители, вам незачем тут оставаться. Но я вижу другую проблему.

Верховная подходит к Дейрику, протягивает к его груди ладонь, но замирает. Вопросительно смотрит на Верндари, будто просит разрешения прикоснуться. Дейрик лишь на секунду задумывается, а потом кивает. От прикосновения Марики вверх летят изумрудные искры, оставляющие за собой переливающийся шлейф. Её глаза загораются пламенем Гитрис, и она с печалью смотрит на Верндари.

— Бедное дитя. Сколько же ты перенёс. Милости угодно облегчить твои страдания и помочь справиться с теми зверствами, что совершил над тобой родной отец.

И я, и Лилу затаиваем дыхание. Переглядываемся друг с другом, не веря, что сейчас Рика могут окончательно излечить.

— Но у меня два вопроса, — продолжает Марика, что заставляет нас троих нахмуриться. — Готов ли ты оставить свою должность командира, ведь ты больше не будешь универсалом.

И готов ли ты возложить ответственность на это юное дитя?

Она поворачивается ко мне, отчего я ошарашенно отступаю на шаг. Ответственность? То, от чего я бежала всю свою жизнь, находит меня в самом неподходящем месте и в не самое лучшее время.

Я не трусиха, но я боюсь. Боюсь всех подвести, боюсь не соответствовать требованиям. Это же такая придавливающая к земле ноша!

На инстинктах оглядываюсь, ища поддержки в Лилу или надеясь, что откуда ни возьмись выскочит Фло и подскажет, что мне делать.

От волнения меня ощутимо колотит. Но со своим выбором я остаюсь наедине. Ну, почти.

— Если только сама Дэль готова взять на себя такие обязательства. Я не вправе сбрасывать на неё такой груз. Она не виновата в том, что я с этим не справился. — Рик стоит перед Марикой, но смотрит через её плечо прямо мне в глаза.

Он сжимает челюсти, я вижу, что решение далось ему нелегко. Но вместе с тем, Рик всем своим видом показывает, насколько он серьёзен и уверен в своих намерениях.

Невольно во мне вновь проклёвывается уважение к нему. Для Верндари отказаться от роли командира, остаться без универсальных способностей равносильно признать поражение, отрезать часть себя. Да ему проще умереть, чем отступиться от этого!

И то, что он наконец-то понял, как будет лучше для группы, отбросил свой максимализм, всё же наводит меня на мысль, что он начал взрослеть.