Мама для Совенка. Часть третья

Подумал и решил надавить на совесть старшего: — Подкинул мне проблему. Твоя протеже сумела достать меня даже на задании. Подставилась под удар. А ты знаешь, как тяжело работать, когда дурные девицы путаются под ногами?! — взвился со стула.

Первый ничуть не огорчился и сейчас с каким-то нехорошим интересом изучал младшего брата.

— С девицей все понятно: жива, здорова, — обошел вокруг. Протянул руку, ткнул в подпаленную рубашку — Третий протестующе зашипел. — А с тобой-то что приключилось? И почему ты пылаешь, точно набравшийся под завязку халявной энергии идиот?

— Понятно, да? — вскинул брови Харт, ощущая, как обида выходит из-под контроля и внутри крепнет желание дать братцу по лицу.

— Эта понятная девица поглотила двухметрового духа, даже не поморщившись. Не знаю, что ты там намудрил с контуром, но после столь плотного перекуса она была в состоянии полгорода разнести. Пришлось по старинке… — Харт запнулся, поняв, что ему совсем не хочется вдаваться в подробности. — В общем, я забрал часть, остальное доделали целители. Так что разбирайся со своим экспериментом сам.

Первый задумался. Покачал головой. Внимательно изучил, сканируя, лежащую на больничной койке Софрану, спросил:

— Ты уверен? Я не фиксирую никаких изменений. Да, фон чуть повышен, но в остальном все в норме. Кроме тебя.

— Со мной все хорошо, — в который раз отказался Харт, — я себя отлично контролирую.

Он действительно ощущал потрясающую бодрость, в голове царили идеальный порядок и отсутствие сомнений в собственных действиях.

Только вот желания… Но с ними он тоже разберется.

Первый поджал губы, открыл было рот, но остановился, махнул рукой:

— Ладно, пламя с тобой, делай что хочешь, но с поглощением будем разбираться вместе. Если это то, о чем я думаю, лучше, чтобы эта информация не вышла за пределы семьи.

Уходить из палаты не хотелось. Внутри все та же уверенность требовала остаться и присмотреть за дурной девицей, но Первый всегда умел настоять на своем.

— Ты точно не хочешь устранить последствия? — спросил, когда Харт в третий раз обернулся на пороге.

— Нет, — замотал головой Третий и все-таки закрыл за собой дверь.

— Ваше высочество, — тут же бросился к нему помощник, и Харт беззвучно застонал.

Сейчас начнется. Впервые государственные дела вызывали у него раздражение. Может, он в самом деле заболел?

— Кстати, что там было в конверте? Тот, который, рискуя собой, доставила наш новый секретарь? — спросил, не удержавшись от сарказма.

— Вот.