Мама для Совенка. Часть третья

Накатило, облило, а потом, шипя и оставляя следы белой пены, убралось обратно.

Стало тихо. Погасли залитые водой костры, и над пляжем стали вспыхивать одни за другим рукотворные факелы.

— Хорошо посидели, — высказался кто-то громко, и это послужило сигналом для остальных.

Курсанты загалдели, преподаватели начали перекличку. Вода унесла с собой часть вещей, и вымокшие попытались организовать поиски утащенного. Бесполезное занятие, на взгляд Юли, ночью, в черной воде.

— Ты как? — обеспокоенно поинтересовался Фильярг.

— Нормально, — прошептала. Голос не слушался.

Юлю начало потряхивать. Накатил дикий страх. Вот торчать перед десятиметровой стеной из воды было не так страшно, как теперь в мокрых объятиях Фильярга, когда уже все закончилось и опасность миновала. Парадокс.

— Юлия Андреевна. — Рядом нетерпеливо кашлянули.

Юля оторвала голову от груди Фильярга, взглянула на ректора. Тот стоял на одной ноге, выливая воду из туфли.

— Я даже не стану вас ругать, — заявил внезапно, — просто объясните мне, как так получилось, что вода смогла пробить наши щиты? Прошла сквозь них, даже не заметив.

Юля хлопнула ресницами. То есть они вымокли, а она виновата? Надо было щиты лучше ставить…

— И зачем вам столь мощный накопитель? Вон, до сих пор магический фон весь искорежен. Мне казалось, у вас нет проблем с собственным резервом? — Ректор закончил вытряхивать воду с левой туфли, переключился на правую.

— Господин ректор, моя жена сильно испугалась, промокла и устала. Если вы не против, я отвезу ее в город, чтобы она могла обсушиться и переодеться в таверне.

Голос Четвертого возражений не допускал. И в этот момент Юля целиком и полностью ощутила, каково это — иметь в союзниках спину, за которой можно спрятаться и которая пошлет любого, если ей самой не хочется отвечать. Очень хотелось на манер шакала Табаки выглянуть и закивать: «Устала, вымокла и совершенно не хочу общаться. Ни капельки. А со щитами сами разбирайтесь, у вас вон целая академия профессионалов».

Промолчала. Лишь вздохнула. Столько всего внутри, а не поделиться…

— Хорошо, — скрежетнул зубами ректор. Видно было, что тоже много чего скопилось, но присутствие его высочества останавливало от военных действий.

— Доброго вам вечера, господин ректор, — проговорила Юля. — И простите за причиненные неудобства.

— Идите уже, госпожа ассара, — отмахнулся ректор, надевая вымокшую туфлю.