Издержки дипломатии

Хлопок был громким и резким, едко воняло каким-то кислым дымом, но пострадали только те, кому не посчастливилось оказаться вблизи эпицентра, даже окна в окрестных домах не выбило, так что упоминание «Гремучей крови» было откровенной ложью: это двухкомпонентное взрывчатое вещество являлось самым мощным из известных науке, и, если бы использовалось оно, мы бы с Муниром уже не разговаривали.

На стражей он ворчал, расследовали те крайне халтурно, из его показаний почти ничего не записали и вообще настолько откровенно подгоняли факты под нужный ответ, что это даже слепому было очевидно.

Атташе по настоянию юриста даже отказался подписывать протокол. Впрочем, нельзя сказать, что он был таким уж важным свидетелем, потому что бомбиста не видел и что взорвалось — тоже понятия не имел.

Единственная принесённая им новость была неприятной: при взрыве из эльфов пострадал Берношаль. Мунир точно не знал насколько, но эльф стоял на своих ногах и вроде бы не истекал кровью, так что вряд ли ранение было опасным.

Надо будет выкроить время и навестить пострадавшего.

Кто погиб — Мунир тоже не знал, а стража не спешила афишировать эту информацию.

В общем, я потратила на разговор с ним четверть часа и отправила подчинённого отдыхать перед сложным завтрашним днём. Послушался он с трудом: горячо заверял, что прекрасно себя чувствует и готов работать, но я была непреклонна. Сошлись том, что завтра, если он будет чувствовать себя нормально, никакими больничными загонять в постель не станут. Мунира можно было понять: столько времени и сил потратить на подготовку и в последний момент доверить это дело кому-то другому, гораздо менее опытному, чтобы он всё испортил? Вот уж нет! Я бы на его месте тоже дёргалась и сопротивлялась, так что вошла в положение.

Тем более любимая работа — неплохое лекарство от нервных потрясений.

После этого повторная беседа с Гереем заняла меньше минуты, я лишь подтвердила сказанное ранее и на этом распрощалась с недовольным, но не ставшим спорить начальством.

Он поворчал, что мы с Акзамом — что две оглобли, в смысле одинаковые и в паре работаем, но я без сомнений сочла это очень лестным комплиментом. После этого я попросила второе лицо посольства, советника-посланника, перенести назначенную ранее на это время встречу, с чем ввиду обстановки не было никаких проблем, а после — связаться с Внешним Сводом, подтвердить прежние намерения и заодно передать официальные соболезнования, если там действительно есть погибшие.