(Не)алые паруса. Часть 1: Легенда разрушена

В таких случаях он всегда терялся, тушевался, начинал лихорадочно возвращать извинения, чувствуя себя кругом виноватым и очень плохим. Сейчас он тоже поспешил попросить прощения в ответ, за то, что причиняет неудобства и требует к себе повышенного внимания.

Циммер извинения принял, похлопал друга по плечу и уже почти любовно проговорил:

— И всё-таки ты ненормальный, Грэй. И понимать тебя также просто, как эти ваши карты морских глубин.

— Конечно, ненормальный, — печально согласился он.

— Ошибка природы, мутант, оборотень.

И Циммер, должно быть, сообразив, что разговор вырулил в очень болезненное для друга русло и, будучи по натуре незлобивым и жалостливым, отчего и стал магом-хранителем, поспешил перевести разговор на новые и более весёлые рельсы.

— Кстати, — начал он, — как увидел тебя, сразу хотел сказать: будь осторожен! У нас тут тебя невеста поджидает. Вся Каперна знает, что за ней обязательно приплывёт капитан Грэй.

Так что держи ухо востро, а-то как бы тебе не пришлось вешать на «Секрет» алые паруса и просить её руки на площади перед ратушей.

От этой неуместной шутки Грэю стало ещё горше. Одним глотком осушив бокал, он поставил его на стол и сказал:

— Чтобы попросить руки, я должен быть влюблён. А если я полюблю, то никогда не попрошу руки, зная, кто я есть и что не подарю любимой счастья, а только разрушу её жизнь. Так что спектакля не будет, не надейся. И, кроме того, несколько часов назад я был у Ассоль Лонгрен и нанял её для участия в операции.

Так что в данный момент она — член моей поисковой команды. А я не люблю, когда над моими людьми глумятся, даже если это дружеское подтрунивание.

Те, кто близко знал Грэя, не зря называли его изменчивым, как море, то он мог извиняться и каяться по пустякам, а то превращался в холодного и надменного принца крови, которым и был по рождению, и уже его собеседнику хотелось извиняться и каяться перед ним.

Вот и теперь Циммер даже беспомощно поднял руки:

— Сдаюсь. С тобой вечно — как по тонкому льду. Не знаешь, что ты выкинешь в очередной раз.

— Ты знаешь, я же уже сказал: вон того ангела.

Циммер засмеялся, уже совсем по-доброму, так, что в уголках глаз собрались морщины, делая их лучистыми и лукавыми.

— Ладно, пойду будить поварих. Действительно, пора бы и перекусить.

— Вот это правильный подход.