Первое правило семьи Райс

- Мама, ты счастлива? – спросила я, когда она, закончив с делами, устало опустилась в кресле в своем будуаре.

Здесь были золотисто-бежевые обои, серебристые шторы, изящная мебель из красного дерева, а по мягкому ковру так и хотелось ходить босиком.

Вместо ответа Аннарита Вейр принялась перебирать содержимое одной из множества своих шкатулок, стоявших на полированной поверхности туалетного столика.

Я же, устроившись напротив в мягком кресле и расправив подол нового бежевого платья, которое принесли мне этим утром, любовалась маминым точеным профилем.

Заодно думала о том, что, несмотря на столь чудесное время вместе, мы все еще были слишком далеки друг от друга.

И мне захотелось снести разделявшую нас стену. Поступить также, как восточная конница, что на маленьких крепких лошадках словно саранча нахрапом сметала все на своем пути.

Поэтому я задала довольно личный вопрос, а теперь с замиранием сердца ждала на него ответа.

Вместо этого мама достала из шкатулки сапфировые серьги и приложила к мочкам ушей.

Повертела головой перед зеркалом, дожидаясь, когда ярко-синие «слезы» засверкают в солнечных лучах, льющихся в комнату сквозь распахнутое окно.

Только после этого повернулась ко мне.

- Счастлива? – переспросила у меня. – Ну уж здесь-то я намного счастливее, чем в той мерзкой деревне с твоим отцом!

Я выдохнула изумленно, не ожидая столь резкой отповеди.

- Мое место в столице, а не в грязной дыре на Севере, – продолжила мама, - потому что я рождена для того, чтобы сверкать.

– В подтверждении ее слов одна из сережек вспыхнула на солнце, рассыпая синие сполохи по светлым стенам. – Но твой отец больше не был в состоянии меня содержать. Не мог обеспечить мне тот образ жизни, к которому я привыкла и который я заслуживаю, Аньез! Потому что я заслуживаю жить красиво, вращаясь среди людей, которые мне нравятся и что-то из себя представляют. Быть среди вещей, которые мне дороги!

Судя по содержимому шкатулок, эти вещи стоили целое состояние.

Неожиданно мне захотелось поинтересоваться, что она думает о брачных клятвах. Да, о тех самых, которые они с отцом дали друг другу перед ликами Богов, пообещав, что будут вместе не только в достатке, но и в горести и печали.

Но не спросила, потому что мама произнесла назидательным голосом:

- Запомни, Аньез! Только сильный и обеспеченный мужчина способен сделать тебя счастливой.