Первое правило семьи Райс

Целеустремленная блондинка Залавита расположилась на третьей строке с девяносто семью, и мы смерили друг друга уважительными взглядами.

Экзамены по практической магии начинались только после обеда, так что я вновь отправилась бродить по длинным коридорам академии. Затаив дыхание, считывала едва уловимые следы сложнейших заклинаний – стихийных, некромантских и даже из Высшей магии.

И еще я наслаждалась…

Уже предвкушала, с каким удовольствием стану здесь учиться. Оставалось всего ничего – убедить экзаменаторов, что у меня имеется серьезный магический дар, и я вполне сносно с ним обращаюсь!

Брасс утверждал, что с моими умениями я уж точно поступлю…

Неожиданно я на него наткнулась - да, на Брасса! - и тот разгуливал по коридорам своей собственной персоной.

Оказалось, явился в академию, чтобы меня поддержать и еще накормить лепешками с сыром, прихваченными из «Боевого Петуха», а пропустили его по старой памяти.

- Тебе надо поесть, Аньез! – уверенно заявил Брасс, потому что я попыталась было отказаться.

– Давай уже, клади лепешку в рот! Вот так, ням-ням! Уверен, ты с утра ничего не ела. – И оказался прав. - У тебя остался только практический экзамен, так что… Перестань уже трястись!

- Ничего я не трясусь, – возразила ему с набитым ртом.

- Кстати, возле деканата висят списки экзаменаторов. Тебя ждет незабываемая встреча с магистром Дирином. Рыжая жирная жаба, он столько мне крови выпил! – сообщил мне Брасс, когда я доела. Все его лепешки, и запила водой из протянутой им фляжки.

– Знаешь, что я тебе скажу, Аньез?! Пойди туда и покажи им всем!

И уже скоро я пошла.

7.3

Несмотря на нелестные отзывы Брасса, магистр Дирин оказался вполне приятным мужчиной с роскошными рыжими локонами и аккуратно расчесанной бородкой.

На жабу он не тянул, да и кровью девичьей, судя по всему, не питался.

Моя очередь отправляться к нему на экзамен подошла примерно тридцатой, так как вызывали не по результатам первой работы, а в алфавитном порядке.

К этому времени, подозреваю, магистру Дирину происходящее уже успело порядком надоесть.

Маг откровенно скучал, и мое появление в большой полутемной аудитории его не сказать, что сильно взбодрило.

Посмотрел он в мою сторону далеко не сразу. Затем махнул, подзывая меня к преподавательскому столу. Тот стоял в центре гулкой полутемной аудитории, в дальнем конце которой дремал седовласый наблюдатель в темной магии.

Возле стола притулился сиротливый стул, на который мне было велено присаживаться.