Даже если вам немножко за 30, или Герой(не) моего романа!

Следовательно, делаем еще один маленький шажок к принцу.

Мы являли собой картину моего соседа по лестничной клетке, алкаша-художника: Фросю разложило на Амвросии. Он рисовал карандашом порно-картинки и продавал у магазина. Причем такие дурацкие названия гордо горлопанил, желая поскорее собрать на бутылку. Вообще, мужик явно был талантливым, но настолько бесстыдные художества даже меня вгоняли в краску.

Учитывая то, что мне вообще-то очень холодно, а высочество был горячим, я, недолго думая, внаглую забралась на его ступни.

Так-то я ниже принца почти на полторы головы. Как раз его дружок перестал мне упираться туда, куда не надо. Я едва сдерживалась, чтобы не заржать. Таки не импотент и все человеческое нам не чуждо.

Чаша ходила ходуном, норовя свинтить на пол. Но я была настроена решительно, а посему вжималась изо всех сил и в эту миску, и в принца, который стоял, как истукан. Впрочем, если бы и он двигался, это был бы полный Армагеддон.

Песня фигур в плаще заканчивалась. Я определила это по стихающим голосам.

Следовательно, сейчас начнется вторая часть Марлезонского балета, тьфу ты, ритуала.

Чаша начала активно нагреваться. И если в первое мгновение я не придала этому значения, то когда жар стал нестерпимым, мысленно взвыла.

Так вот зачем ее надо было держать! Божок гад, мог бы и предупредить! Я зажмурилась и сцепила зубы. Потер-р-рпим, я сказала, потерпим!

А еще меня начало мутить от запаха. Судя по всему, кровь начала не только сворачиваться в миске, но и жариться. Гадость-то какая!

— Верой и сердцем, небесами и ветром, землей и огнем, водой и льдом, призываю бога в свидетели, — наконец заговорил мой принц, — да свершится…

«Правосудие», — мысленно прокомментировала и все-таки не сдержалась, хихикнула.

Идиотизм, ну самый натуральный идиотизм.

— …великая радость, да будут приняты наши обеты!

Мать моя женщина! Обеты! Как высокопарно! Нет, в какой-то мере его слова были красивыми. Вот честно, случись свадьба на Земле, и я бы растаяла, заяви он мне, что позволит распоряжаться всем, что имеет, при этом от меня многого не потребует.

Еще и защищать, чувствовать должен, предугадывать желания. Замечательно же…

— Сроком на год и шесть месяцев! — А вот и ложка дегтя.

Я не увидела, а почувствовала, что чаша исчезла. Вот серьезно, она за секунду испарилась! А мою ладонь что-то стянуло. Запоздало я вспомнила, что у нас салфетка лентой служить должна. Место ранения плотно затянуло тканью, и скорее всего, у его высочества тоже.