Даже если вам немножко за 30, или Герой(не) моего романа!

Небось поспешили к доктору уточнить, что мне можно сейчас делать, после такой-то изуверской ночи, а чего нельзя.

Я как в воду глядела. Не прошло и пяти минут, как все завертелось и закрутилось: омовение в купальне с какими-то душистыми травами, легкий массаж тела, плотный завтрак, больше похожий на обед.

Спустя три часа меня наконец оставили в покое. Хотя служанки так и норовили устроить для миледи развлекательную программу, которая заключалась в вышивании. Чего уж мне точно не хотелось, так это брать в руки иголку.

Я умею вышивать, не сказать, что у меня получаются шедевры, но и не кошмар. А Вита пристрастила меня к вязанию, которое, кстати, в этом мире тоже имелось, но считалось неподобающим занятием для леди. Правда, вязали здесь только кружева на платья, салфетки да платочки.

Я сидела в третьей комнате, которая как раз и предназначалась для занятий творчеством. Но при этом в самой комнате кроме мебели ничего не имелось. Хочет леди порисовать? Вот вам комната, а все необходимое мы принесем. Здесь и удобная софа, и подушки для вас, и небольшой столик, и окна огромные, чтобы больше света пропускали.

Хотите повышивать? Тоже все принесем, но при этом, миледи, присаживайтесь в кресло у окна…

Это все выуживалось из памяти Сабины. Именно так она и проводила свои дни. То ли золотая клетка, то ли тюрьма без права выхода на улицу. Кстати, об этом: я потребовала от служанок вечерний променад. Получила отказ, но не расстроилась. Ничего, я сумею договориться, если не с мужем, так с орте Сигураном.

Уж он-то должен понимать, что свежий воздух необходим для ребенка.

А пока я мысленно звала бога. А тот, как назло, не отвечал. Я глядела в окно, из которого открывался чудесный вид на большой сад, и на все лады костерила недофею, которая не желала являться.

Интересно, чем таким может заниматься бог, что даже не желает со мной общаться?

— Чем-чем, — фыркнули над ухом, — все ей расскажи да покажи. Тут я, и перестань думать обо мне как о фее. Я вообще-то мужчина.

— Ты вообще-то бог, — поправила его и повернула голову на голос.

— Круто, уже одетый.

— И даже подрос! — с гордостью констатировал все-таки фей. Крылья никуда не делись. А в росте он и правда прибавил.

Если раньше бог был меньше ладошки, то сейчас передо мной летал маленький мужчинка, чей рост теперь составлял примерно половину моей руки.

— Натворила ты дел, конечно, — вдруг выдало это чудо и громко рассмеялось. — Я как раз наблюдал за пятым концертом, когда ты решила пообщаться.