Семь минут до весны. Ч.2. Королевские камни

– А в чем обвиняют?

– В попытке совращения невинной девицы… у нас городок маленький, слухи ходят, бродят, обрастают ненужными подробностями, а парни ныне вспыльчивые. Тем более сейчас.

– То есть?

Ийлэ мысленно присоединилась к вопросу, она тоже не поняла, как зима связана с характером.

– Зима, – сказал шериф так, будто бы это что-то объясняло. – Развлечений никаких. Сидят по кабакам. Отдыхают. Разговоры разговаривают. А за разговорами и элем, мало ли какая дурная мысль в горячие головы взбредет… как бы не решили вашего паренька поучить…

– Нат сможет за себя постоять.

Ийлэ кивнула, не для Райдо, для медведя, который наблюдал за ней глазами-пуговками. Медведи – звери опасные, никогда не знаешь, что у них на уме.

– Так-то оно так, – шериф по-прежнему говорил медленно, растягивая каждое слово, и в этой его манере Ийлэ виделась не то усталость, не то сонливость, но всяко – равнодушие, что к Натовой судьбе, что к тем беспечным людям, которым вздумается Ната поучить. – Но пьяные драки – дело такое… непредсказуемое… поначалу кулаки, а там кто себя зело обиженным посчитает, то и за нож схватится… или за самострел… или еще какую пакость.

– Я понял.

– От и ладно, что поняли. Мое дело маленькое, предупредить смертоубийство, а то потом расследование, отчеты… чтоб вы знали, как я эти отчеты писать ненавижу.

Наверняка, улыбнулся.

Он всегда улыбался широко, не боясь показывать зубы, хотя зубы эти и были нехороши: кривоватые, желтоватые из-за пристрастия к табаку.

– Так все-таки, что с Дайной?

– Ничего, – возвращаться к этой теме шерифу явно не хотелось.

– Убийство. Ограбление. Точнее, ограбление, а потом убийство… небось, добычу не поделили.

Райдо молчал.

– Не знаю, в курсе ли вы, но Дайна подворовывала. В свое время она прилично из дома вынесла… часы там, столовое серебро… скатерочки нашли… платочки с монограммами… и платьев целый шкаф… забирать будете?

– Буду.

– От и ладно… от и хорошо… по мелочи кое-что нашли, но это так… думаю, она и ныне не брезговала. Вы уж простите старика за откровенность, но вы не больно-то хозяйством занимались.

Я и сам такой. Блюдечки-ложечки… супружница всем этим добром ведает, а я, коль пропадет ненароком, то и не замечу.

Шериф громко вздохнул и повторил, точно Райдо не понял бы без этого повторения:

– Воровала она у вас. А наворованное кому-то сносила… на платьях вон пуговицы срезаны, кружево, которое получше, тоже сняли… и вещицы в ее норе самые простые остались. Куда подевалось прочее?

– Понятия не имею.