Восток. Запад. Цивилизация.

Помнишь? Её нет.

- Но я же вижу.

Фигура распалась, вылепив другую. И этого человека Чарльз узнал.

- Зар? Ты? Что с тобой…

- Я потерялся, - ответил человек из тумана, и Чарльз услышал его. – Я… хрень какая-то случилась. Все было хорошо… я видел… аукцион видел. Безумие. Как ты и предполагал.

Чарльз вцепился в руку. Проклятье, если Эдвин решит шагнуть в туман, удержать его не получится.

- А потом… меня пригласили для частной беседы. Такой… обстоятельной. Я подумал было, что раскрыт. И да, правильно. Револьвер вот… решил, что без боя не сдамся.

Но мне весьма вежливо объяснили, что пусть происходящее не совсем законно, но власти давно уже смотрят на эти игры сквозь пальцы. Особого вреда они не причиняют, наоборот, позволяют удержать общественные пороки в узде.

Твою же…

Человек провел руками по лицу.

- Мне предложили деньги. Много. И еще помощь. Сказали, что я могу подняться высоко. Куда выше, чем с твоей поддержкой. Намекнули, что кое-кто из стоящих над нами давно в деле. Что братья есть везде.

Или сами, или сочувствующие идеям общества.

- А ты?

- Согласился. Не сразу. Сомневался. Приводил доводы… видно, слабо. Актер из меня и вправду дерьмовый. Но мне показалось, что поверили. Колечко вот вручили.

- На тебе не было колец.

- Сняла, стало быть.

- Кто?

- Девушка… надо было приходить с девушкой… Элиза… Элиза Сюррей…

- Она же из конторы.

- Я бы и не пошел с чужой. А она… мы вышли. Меня пообещали проводить к месту… к месту, где я должен был принести клятву.

На крови. Я… хотел отказаться. Говорил, что про клятву не предупреждали. Что в этом случае мне нужно подумать. Это ведь клятва…

Фигура из тумана начала рассыпаться.

- Зар…

- Она ударила в спину… укол… я почувствовал укол… и хотел обернуться… быстро… падаю… подхватили… вниз нести…

Голос его слабел.

- Зар! Ты жив! Ты…

- На алтарь… они несли, но…

Он все-таки рассыпался, выпустив кого-то, Чарльзу незнакомого. Господин в старинном костюме подошел к черте, ткнул в нее носком и сказал:

- Какая отвратительная примитивность!

И исчез.

Должно быть, оскорбленный до глубины души. А следом из тумана вышел Змееныш. Он был плотным и казалось, что еще немного, и его фигура обретет цвета. А то и вовсе он оживет.

Почему бы и нет?

- Скучал? – его улыбка была ослепительна.

Этого нет.

Это иллюзия на самом-то деле.

- Да что ты понимаешь в иллюзиях, - Змееныш остановился на границе круга. – Такой же зашоренный придурок, как и мой папенька.