Наука и проклятия

- Там написано, - она ткнула пальчиком в плохо читаемую надпись. - Рэмуальд Скотт, пятый барон.

М-да, исчерпывающе. Милое пустоголовое дитя, чей мозг похож на губку, пропитанную розовым сиропом.

Я мимоходом отметила небольшой дефект - слегка сросшиеся пальцы на ее правой руке - и попросила:

- Давай теперь в библиотеку.

Хватит с меня бесконечных любовных перипетий предков Скоттов. Полезной информации из восторженных рассказов Джорджины я почерпнула мало. Разве что узнала, что Скотты отличались прямо-таки мазохистским стремлением к несчастной любви и вечно заводили романы с кем-нибудь неподходящим.

- Конечно, - она надула губы и взглянула на свои наручные часики. - Только уже скоро обед.

- Во сколько приедут гости? - уточнила я осторожно.

Она бросила на меня лукавый взгляд из-под длинных, неожиданно темных (подозреваю, не без помощи краски) ресниц.

- В три пополудни. Что ты хочешь найти в библиотеке?

Уж точно не любовные романы!

- Семейные хроники, - объяснила я кратко. - И генеалогическое древо, если есть.

- Конечно, есть! - она встряхнула светлыми кудряшками. - Пойдем. Можно приказать слугам подать в библиотеку чай с сандвичами.

«И не пойти на обед» - закончила я про себя.

Может, Джорджина и наивна, однако весьма наблюдательна.

- Это было бы прекрасно, - я вздохнула. - Я ужасно проголодалась.

- Тогда я тебя провожу и распоряжусь! - просияла она. - Обещаю, что не скажу маме, где тебя искать.

По-видимому, сама Джорджина прогневать грозную маменьку опасалась, так что покорно отправится на чаепитие.

Хотя кто знает, может, ей это даже нравится?

- Спасибо, - кивнула я и толкнула массивную дверь, на которую она мне указала.

Библиотека… впечатляла. Похоже, печатное слово Скотты любили куда больше живописи. Массивные шкафы были забиты книгами, от толстенных фолиантов с золочеными буквами на обрезах до тоненьких брошюр, скромно притулившихся на дальних стеллажах.

В нескольких нишах прятались удобные кресла с торшерами и журнальными столиками, стол побольше стоял у окна, окруженный тяжелыми вычурными стульями.

Роскошный коричнево-бежевый ковер во всю комнату, с ворсом мне по щиколотку, придавал библиотеке особый уют. На свободной стене красовался предмет моих поисков - роскошное, скрупулезно оформленное фамильное древо.

Пока я потирала руки и любовалась делом рук неведомого мастера, Джорджина попятилась и скрылась в коридоре, пискнув:

- Я пойду!

- Что это с ней? - вслух подумала я, оглядывая ряды книг.