Добро пожаловать в СУРОК

На этот раз — ни искр, ни дыма какого-либо цвета. Ни-че-го.

Утыкаюсь взглядом в стол. Деревянный, основательный, выкрашенный в белый и покрытый полиролью сверху — ни царапинки.

— Расслабься, — вздрагиваю не столько от неожиданности прозвучавшего голоса, сколько от его близости — Холостов встал и подошел ближе, остановился у моего плеча.

— Легко сказать, — бурчу. Ну чего вскочил? И так тошно.

— Ты слишком хочешь, чтобы получилось, — не отстает наш старательный староста.

— Все хотят, — возражаю.

Кошусь в сторону выхода — стемнело быстро, и из-за того, что внутри светло, кажется, будто снаружи уже глубокая ночь; ничего не видно, только угадываются качающиеся на легком ветру ветви кустарников.

— Не отвлекайся, — шикает на меня Холостов. — Подвинься, — и, не дожидаясь реакции, плюхается на мою лавку и толкает меня своим бедром; послушно сдвигаюсь, хотя так и подмывает высказаться о нарушении личного пространства. — Смотри…

А вот когда его рука касается моей, не выдерживаю:

— Это обязательно?

— Я не использовал сегодня ту туалетную воду, которая тебя бесит, что еще?

На мгновение замираю.

А ведь и правда, запаха нет. Не признаюсь же я, что он мне на самом деле нравился? Но сам поступок — с чего такая забота? Мало ли кому что не нравится.

— Расслабься, — не дает отвлечься мой доморощенный учитель, — руки над колбой, — вытягиваю, а его ладонь размещается поверх моей правой; большой палец обхватывает запястье, направляя. — Расслабься, энергия — в ладони, лишние мысли — на фиг, — прячу ехидную улыбку: нет, до преподавателя ему еще учиться и учиться.

Ну что за учитель скажет «на фиг» своему ученику? Не солидно. — Лер?

— Я стараюсь, — отвечаю сквозь зубы.

А Холостов (совсем оборзел засранец!) придвигается еще ближе и закидывает левую руку мне за плечо, словно обнимая, так, что обе его ладони теперь на моих, а я притиснута боком и спиной к его груди, отчего личного пространства у меня вовсе не остается. Напрягаюсь всем телом.

— Расслабься. Я тебя не съем, — голос прямо над ухом.

— Вот еще, — огрызаюсь.

Решил, что я его боюсь? Размечтался. Просто не люблю, когда посторонние слишком близко.

— Тогда расслабься. Кому из нас это больше надо?

Туше. У него и так все прекрасно получается на каждом занятии. У него, Полины и Вити выходит все и с первого раза. И то, мне иногда кажется, что Холостов просто не старается, предоставляя другим возможность блистать и получать свою порцию похвалы от преподавателей.

Ладно, он староста и просто хочет мне помочь.