Механическое сердце. Часть 2. Черный принц

Жена? Женщина, которая, презрев все писаные и неписанные правила, ступила на красную дорожку? И на глазах у всех, обняла Брокка? Буквально повисла на нем?

- И вы…

- Боюсь, отчасти виноват в том, что Лэрдис такая, - военный подал руку. – Здесь очень ветрено. Вы позволите?

Кэри бросила взгляд на мужа, который, склонившись к Лэрдис, что-то ей говорил. Позволит. Иначе она сделает что-то, за что будет стыдно.

Разревется, к примеру.

Или вцепится этой твари в волосы.

Какое недостойное леди желание, но главное, что выполнимое… Она заставила себя выдохнуть.

И приняла руку Хальгрима. В конце концов, ее собственный муж настолько занят, что, вероятно, и вовсе не заметит отсутствия Кэри.

Ушла она недалеко, к разноцветным палаткам, разбитым прямо на поле. И ветер скользил по матерчатым крышам, пробовал на прочность стены. Палатки вздрагивали, натягивали до предела веревки, словно собираясь взлететь. Но колышки, вбитые в землю, удерживали их на привязи.

- Вы ведь не откажетесь от горячего шоколада? – Хальгрим позволил себе коснуться края шляпки.

– Полагаю, вы замерзли не меньше моего.

- Не откажусь.

И да, замерзла. День был зимним, стылым. И ветер метался по полю, скользил под ногами белой поземкой, а к полудню выползло солнце, но теплее не стало.

…а ведь до зимы еще почти месяц.

- Прошу вас, - Хальгрим подал высокий стакан, обернутый мягкой тканью. – Насколько я знаю, шоколад обладает удивительным свойством поднимать женщинам настроение.

- Зачем вы…

- Чувствую свою вину.

- Передо мной?

- Перед вами, перед вашим мужем, который, сколь мне известно, вовсе не глуп. Однажды он уже обжегся, и этого, полагаю, хватило…

…о да, хватило, ровно настолько, чтобы держаться подальше от Кэри, хотя она-то ничего ему не сделала! Брокк же упорно не позволял ей приблизиться, но стоило появиться Лэрдис и…

Кэри раздраженно глотнула шоколад и закашлялась, до того горячим был напиток.

- Осторожней, - Хальгрим подал платок. – Не спешите.

А Лэрдис… не всегда была такой.

- Зачем она… - кажется, сегодня день недоговоренностей, но Кэри очень сложно подобрать правильные слова.

- Мстит.

- Кому?

- В основном, мне. Но и всему миру заодно, тоже.

- Но почему?

- Потому что я ее не люблю и не ревную. Это сложно объяснить, милая девочка, но я попробую.

Издалека доносились рваные звуки марша. Оркестр старательно играл, мешая лавочникам, старавшимся перекричать его.

Праздник.

Почти ярмарка.