Искра

С Искрой легко, она умная, чувственная, нежная, нетребовательная, с потрясающей фигурой и хорошеньким личиком — идеальная любовница, к которой приятно возвращаться.

Александр поморщился, избавляясь от глупой сентиментальности, ускорил шаг. За ним будут следить — уже следят — Ее Величество желает знать подробности исцеления. Вывозить Этансель из Уэльса равносильно самоубийству. Пусть остается здесь, под крышей родового дома. Первое время придется вырываться украдкой, но через несколько лет Королева успокоится.

…в конце концов, это же просто девчонка из… откуда?

…так и не спросил.

— Р-р-р, — рыкнул Один и вдруг схватил его за штанину, потянул к дому.

— Что-о-о?

— Р-р-р!

— Отвяжись.

— Р-р-р! — Волк извернулся, выскочив из-под руки, и тяпнул его за пальцы.

— Охренел?!.. Еще ты меня жизни не учил! — рявкнул Райдер, шлепнув волка по морде. — Со своей разберись, умник! И не вздумай снять ошейник, на него десяток таких шкур, как твоя, можно купить!

— Р-р-р-рав! — ощерился Один и припустил к реке, через перекаты которой со всех лап неслась белая волчица.

Разогнав туман, Александр смотрел, как Снежная приплясывает вокруг Одина, вылизывает ему морду, поскуливая, подлезает под лапы, а тот, довольно жмурясь и позволяя тереться о горло, успокаивающе ворчит. Его единственный глаз горел превосходством над глупым двуногим.

Райдер дернул щекой и открыл портал, наполняя контур силой.

— Шон! Шон!

— …ты на часы смотрел? Что случилось?

— Я возвращаюсь. К обеду подъезжай в Уайт’с [White’s, джентльменский клуб Лондона], нужно усилить блоки, закрывающие Искру и твои эксперименты.

Пепел сожженного, как и три предыдущих, письма, кружась, осел на траву.

Часть вторая. Искра и пламя. Глава 1

Два месяца спустя

Летние туманы Уэльса добрались до Ландона. Свежие и чистые, с медовой горчинкой вереска, они клубами перекатывались по Кенсингтонским садам, серебрились, огибая особняки Белгрейвии и, пачкаясь о Темзу, стекали в Саутворк, где растворялись среди яркого света театров и игорных домов.

За семь часов приема шум и свет надоели.

Александр дернул щеколду окна, выходящего на Гайд-Парк, впустил в кабинет прохладный предрассветный воздух и струйки тумана, сразу прильнувшие к ладони — «Здравствуй».

— Здравствуй.

На грани слуха раздался смех Риан.