Почти цивилизованный Восток

- Мы выразили сочувствие.

- В связи с чем? – поинтересовался Чарльз. И получил еще одну усмешку, чуть более наглую.

- В связи со скоропостижной женитьбой, само собой… многие, признаться, были удивлены. Ты и женился… и на ком, спрашивается?

А вот это уже настоящий интерес. И по спине бегут мурашки. Что он сказал? Вчера? Проклятье… надо менталиста искать, только где… и такого, чтобы лишнего не разболтал.

Кажется, подозрительность Эдди заразна.

- Женщина…

- Понятно, что не мужчина. Но откуда она взялась?

- Познакомились, - Чарльз все-таки начал есть, стараясь сдерживаться.

- Нашел?

- Да.

- И не только её. Отец мне кое-что рассказывал.

Отец. Точно. Герцог Дархард, младшая ветвь императорского дома. Близкое родство. Высокое положение. Достаточно высокое, чтобы…

- И выходит, что именно тебя мы должны благодарить за… все, - прозвучало это на редкость двусмысленно.

- Я и без благодарности обойдусь.

Что им известно? И как можно было вообще забыть… обо всем. И о том, кто отец Эдвина? А ведь Чарльз действительно… так, что он знает о Дархардах? Немного. И это тоже до крайности странно, будто… будто память отказывается удерживать информацию.

Такое возможно?

Вполне, если…

- Менталист, - Чарльз воткнул вилку в полоску прожареного бекона. Готовили в клубе отменно, настолько, что, поговаривали, будто многие и числятся-то исключительно, чтобы доступ к местной кухне не утратить.

Эдвин молча поднял руки.

- Сдаюсь… а ты поумнел. Правда, не настолько, чтобы не тянуть в рот всякую пакость.

Он щелкнул пальцами, создавая зыбкий полог.

Позер.

Можно было и так, без жестов.

- Память вернуть?

И взгляд холодный, просто вымораживающий взгляд. Но получается выдержать. И Эдвин кривится.

- Сильнее стал. Поездка определенно пошла тебе на пользу. Так что с памятью? Я тебе возвращаю, а ты мне рассказываешь, чего ради затеял это представление.

- К-какое? – кусок становится поперек горла.

- Еще утром ты отказываешься от награды… а ведь многое мог попросить. Даже ставки делали. Но нет, тебе не нужны ни деньги, ни концессии, ни земли. Ты лишь просишь признать твой брак с некой девицей сомнительного происхождения. А уже спустя пару часов ты плачешься, что женили тебя едва ли не силой. Как-то… не складывается одно с другим.

- Вот такая я легкомысленная тварь.

- Ты? – Эдвин усмехнулся.