Слово императора

Следующей по старшинству шла Мулира, и ей, наоборот, очень не повезло. Муж не понравился ей до такой степени, что не помогло никакое зелье, и на следующий день после обряда она покончила с собой.

А что до последней из детей Шидара, Руланы... Девочка родилась во время войны, в пять лет лишилась матери, боялась отца до смерти (а его характер, когда он понял, что быстро выиграть войну не получится, испортился ещё больше) и, по-моему, была рада удрать подальше от Варуша, где прошло её детство. Меня она боялась ещё больше, чем Шидара.

Наверное, за внешнее сходство, потому что объективных причин для страха у неё не было: росли мы с сестрой врозь и по жизни почти не пересекались. Судьба её волновала меня мало, но в послании личного характера не спросить о ней было просто невежливо.

Наконец аккуратный Вагур напомнил о приближении совета. Распорядившись в кратчайшие сроки доставить сюда Александру, я ещё раз пробежался по предстоящей повестке встречи.

Малый совет созывался по мере необходимости, и присутствовали на нем только самые нужные мне подданные: министры и несколько очень полезных оборотней вроде Ордар-вера.

При необходимости состав расширялся за счёт других важных оборотней.

А вот Большой совет, на мой взгляд, можно вообще не собирать: никакого толку от него, проводившегося раз в полгода, не было, и я искренне мечтал когда-нибудь отменить эту глупую традицию.

Александра не заставила себя долго ждать. Окинув взглядом возникшую на пороге фигуру женщины, я удовлетворенно хмыкнул себе под нос.

Тот факт, что она послушалась и надела, что велели, очень порадовал; да и наряд, и цвет оказались ей к лицу. И это не считая того, что я в принципе радовался встрече и, самое главное, вновь ощущать её запах.

Впрочем, нет, я несправедлив. Платье не просто шло женщине, оно наглядно демонстрировало, что Александра — очень красивая особа, а эполеты с мундиром оставались за скобками. Наряд подчеркивал идеальную линию плеч, великолепную осанку, красивую полную грудь и узкую талию.

Полюбоваться длинными стройными ногами вот только не получилось, но здесь меня приятно грела мысль: в любой момент для этой цели я вполне её мог раздеть.

А вдвойне приятно было то, что до меня эту женщину никто не разглядел. Хочешь не хочешь, а задумаешься о вмешательстве Первопредка!

— Звал? — с легкой ироничной улыбкой уточнила императрица, когда дверь за её спиной бесшумно закрылась.