Слово императора

И коль уж ты облачил её в цвета власти, сам изволь первым уважать это своё решение. Иначе не удивляйся потом, что его начнут игнорировать и другие.

Против ожидания на столь решительную отповедь император отреагировал не возмущением, а тяжёлым вздохом.

— Ладно, считай, устыдил и призвал к порядку. Александра?

— Ничего не имею против более... неформального обращения, — честно подтвердила я. — Мне так будет привычней и приятней.

— Ран, формальности улажены?

— Теперь — да, — серьёзно кивнул тот.

— Ладно, коль так, может, мы уже не дадим этому великолепному вину превратиться в уксус? — не выдержал главнокомандующий.

— Тебе волю дай, оно бы в вино превратиться не успело, — насмешливо фыркнул Иммур.

— Протестую! Когда это вино попало в бутылки, я ещё не родился! — возразил Анамар, лежащей здесь же салфеткой любовно протирая от пыли бока сосуда и примериваясь к нему со штопором. — Я правильно понимаю, ты не просто так решил разорить свой погреб на такой шедевр? — обратился он к императору.

Тот в ответ пожал плечами.

— Обычно это принято делать перед обрядом, но у нас получилось вот так. Я желаю отметить собственную свадьбу.

— Ого! — за всех высказался главнокомандующий, остальные же обменялись задумчивыми взглядами, которые в итоге скрестились на мне. А я, честно говоря, пребывала в не меньшей, а то и в большей растерянности, чем мужчины. — То есть всё настолько серьёзно?

— Скажем так, я доволен сложившимся положением вещей и считаю это событие вполне достойным ящика хорошего вина, — усмехнулся Руамар.

— Я думаю, я выскажу мнение всех присутствующих, но... ты уверен, что твои поступки продиктованы разумом, а не «кровью Первопредка»? — хмурясь, спросил Ранвар Раум-ан. — И я сейчас не про вино. Зеленый цвет, клятва, что дальше?

— Ран, я когда-нибудь давал повод считать меня идиотом? — Голос императора зазвучал серьёзно и совершенно спокойно.

— За какой период? — иронично усмехнулся министр торговли. — Ладно, последние лет десять ты проявляешь удивительное здравомыслие, даже странно, откуда что взялось.

— В последние лет восемь ты чаще всех твердил, что мне пора определиться с женой. Напомни, что я тебе отвечал?

— Что не видишь вокруг никого, кто был бы достоин занять это место, и что следовать зову плоти в этом вопросе ты будешь в последнюю очередь.