Механическое сердце. Часть 1. Искры гаснущих жил

Прежде-то она пила мало, разве что по праздникам, да все больше самодельную наливочку жаловала. А тут вот…

…после того, как ее с завода погнали, наливка стала роскошью.

- Если есть, то бери, - мамашин заскорузлый палец ткнулся в бок Таннис. – Требуй, чтоб давал. И подарков не стесняйся.

Как будто Таннис сильно стеснительной уродилась. Только если она когда-нибудь и пойдет с мужчиной, то не за деньги, и не за подарки.

- Ничего, девочка моя, - мамаша по-своему расценила молчание. Она обняла Таннис, прижала к себе и ласково, как уже давно не делала, погладила по коротким волосам.

– Ничего, хорошая моя… так оно всегда… у одних все, а другие…

Мамаша шмыгнула носом. И из светлых глаз ее покатились слезы. Плакала она обычно громко, навзрыд, и оттого рыдания выходили какими-то натужными, точно ненастоящими.

Не получалось ее жалеть.

- Бери, что твое, пока молода. Молодость, она быстро проходит… радуйся жизни… а если этот твой и вправду с деньгами, то пусть поможет… пусть вытащит тебя отсюда.

Таннис сама себя вытащит.

Влипла сама.

И вытащит тоже. Сбежать не получается? И ладно. Не будет она бегать. Всего-то надо – отнести коробку на склад и получить у Грента оговоренную плату. Или даже наоборот, пусть сначала заплатит. Да, так оно надежней…

Мамаша, уткнувшись в плечо Таннис, рыдала. Все-таки надо будет забрать их, не в квартиру Таннис, но просто забрать, поселить в месте поприличней, чтоб хотя бы без сырости этой и тараканов, а то мамаша их боится.

Записку принес мальчишка.

Худой, в старой куртке не по размеру, в здоровенных, верно, отцовских сапогах, подвязанных веревкой, он был обыкновенен. И пожалуй, имейся у Таннис брат, он выглядел бы точно также.

- Тебе, - посыльному на вид лет десять было. Но он окинул Таннис цепким взглядом и причмокнул, хлопнул ладонью по заднице. – Пойдем, сестренка, погуляем?

Говорил он хриплым голосом, и сигаретку из кармана достал, пытаясь казаться старше. А может и не пытался, может он давно уже вышел из детского возраста – дети здесь взрослели быстро, некоторые и вовсе старились, едва покинув колыбель.

- Отвали, - буркнула Таннис, сбрасывая руку.

- Коза.

- Сам козел.

Она привыкла и к таким вот мальчишкам, от которых очень скоро начинало пахнуть и табаком, и дешевой брагой, и к редкому, но назойливому вниманию, и к грязи вокруг.

А в записке пара слов.

«Не забыла о встрече?»

Таннис прочитала и, разорвав на мелкие клочки, сунула в карман.