Механическое сердце. Часть 1. Искры гаснущих жил

Его жена носила серые платья, закрытые и скучные.

Смотрела в пол.

И не заговаривала, если к ней не обращались.

Ее страхи все еще жили, но Брокк сторонился и их, и ее самой, не желая нарушать хрупкое равновесие.

Об этом говорить нельзя, но Дита ждет.

- Она… пожалуй, она ребенок. Постарше Лили будет, но все равно ребенок. И выглядит ребенком.

- Тебя это раздражает?

- Нет.

- Тогда в чем дело? – Дита приподняла бровь и тут же болезненно скривилась. – Если ты скажешь, что все в порядке, я тебе не поверю.

Вновь она угадала.

Нет, не в порядке.

Эйо с мужем ушла на Перевал, а во вновь осиротевшем доме поселилась девочка с желтыми глазами, не способная заполнить его пустоту. Она редко выглядывала из комнаты и старалась держать дистанцию, что даже хорошо, потому что сближаться с нею – глупость неимоверная.

Брокк вежлив.

Она – предупредительна и послушна.

Наверное, Кэри можно было бы отослать, но…

- Сложно все, - Брокк коснулся витражного стекла. Лампа, купленная в антикварнойлавке, нравилась Дите своей безыскусной красотой: молочно-белый фон и синие, красные, зеленые рыбины.

– Сложно… она из Высших.

- И что?

- Ничего.

- Ты ей не нравишься?

- Нет, но… не знаю. Я не разговаривал с ней.

Случайные встречи. Совместные завтраки, которые проходят в настороженном молчании. И взгляд Кэри, устремленный если не на скатерть, то на его руки.

Знает?

Определенно. И если пока это знание не пугает ее, не вызывает отвращения, то скоро все изменится.

- Попробуй поговорить, - кресло Диты покачивается, скрипит.

– Как знать, вдруг понравится?

- Смеешься?

- Ничуть, - она замялась и, сняв перчатку, вытянула руку. Дита разглядывала ее с удивлением. Сухая ладонь, и тонкая пергаментная кожа, на которой проступили темные пятна. Ногти напротив, сделались белы, хрупки. – Дело в том, что она из Высших, верно? И ты… опасаешься, что та старая история повторится?

- Она и повторится. Если я позволю.

- И ты думаешь, что делая вид, будто тебе все равно, ты что-то изменишь?

- Я…

- Брокк, - прежде Дита не решалась перебивать его.

– Наверное, я не имею права указывать тебе, в конце концов, я ничего не понимаю в ваших отношениях, но мне кажется, ты обвиняешь свою жену в чужих грехах. И если она и вправду ребенок…

- Дети вырастают.

- Именно. Ты уже видишь в ней врага, и сделаешь ее врагом. Попробуй иначе.

Брокк, повторяя ее жест, стянул перчатку. Тень его металлических пальцев скользнула по лампе, распугивая стеклянных рыб.

- Боги, ты переоцениваешь свое…

- Уродство.