Фуга номер семь

Почему?

— Потому что мне в детстве предсказали, что я выйду замуж за нищего. Та ведьма-странница сделала три предсказания и дала совет. После того, как сбылось и первое, и второе, я решила, что мое согласие на брак разорит жениха, и предпочла остаться одинокой.

Он тихо рассмеялся и обнял меня.

— А совет? Пригодился?

Я почувствовала, как у меня горят щеки, и уткнулась Филиппу в плечо. Конечно, я давно не невинная девица, но вспоминать о том, как я отдалась мужчине через два часа после знакомства, было неловко. Наконец, я пробормотала:

— Пригодился.

Ведьма сказала довериться седьмому ключу.

— Так вот почему ты согласилась, когда я вытащил ключ! — Филипп рассмеялся и опрокинул меня на подушки. — Ты очень милая, когда краснеешь. Кстати, у нас должна быть брачная ночь.

Я покосилась на портьеры, за которыми горел яркий зимний день и собиралась напомнить про время суток, но Филипп не дал мне сказать ни слова, закрыв рот поцелуем.

Глава 13

Через час мне все-таки пришлось оторваться от увлекательного занятия — исследования Филиппа при свете — и накинуть штаны с рубахой, чтоб принять поднос с едой, которую нам любезно прислали Сантры.

Они даже бутылочку вина приложили.

Обедать мы устроились в спальне, где окна выходили во двор, и те были плотно зашторены. Окна гостиной смотрели на улицу, и там нет таких толстых портьер. Если кто-нибудь с улицы вместо новобрачной Оливии увидит незнакомого мужчину, будет неудобно.

— А теперь ты расскажи, как случилось, что ты в тридцать два все еще не женат? Ты знаменит, успешен.

..

— И был при деньгах, — закончил за меня Филипп. — Очень трудно ухаживать за девушками, когда не задерживаешься на одном месте. Конечно, хватало дам, которым... кхм...

— Которым довольно было одного-двух свиданий со “звездой”, особенно, если кавалер в эти встречи не скупился.

Филипп кивнул.

— Конечно, рьяные мамаши осаждали меня, посчитав удобным зятем. Я бы снабжал деньгами жену, а заодно ее родню, наезжал бы домой время от времени, при этом не имея в доме никакого голоса.

Но таковая семья была неинтересна мне. — Он вздохнул. — Девушкам хочется, чтобы кавалер выводил их в общество, появлялся на званых вечерах, а в театре сидел с ними в ложе чаще, чем стоял на сцене.

— Странные девушки, — пожала я плечами. — На сцене ты великолепен.

— Спасибо, милая, — Филипп коснулся моих губ. — Увы, я и сейчас не знаю, что я могу тебе предложить, кроме вечно отсутствующего мужа. Я очень хочу быть с тобой вместе. — Он усмехнулся.