На перекрестке магии

— Эдвин? — Голос Лиссы долетал, как сквозь воду. — Эд, миленький!

Она взяла его за руки, увлекла к диванчику, а Эд вдруг увидел… Что это было? Прошлое? Будущее? Платье Лиссы заливала кровь. Алое на белом. Нет, наверное, все-таки прошлое, но от этого было не менее страшно. Он вцепился в подругу, будто она готовилась умереть прямо сейчас. Принц задыхался. Казалось, что грудь жгло огнем. Но вот пришел свет, и сразу стало легче. Лисса прижала его к себе, и Эд опустил голову ей на плечо.

— Тише, тише, мой золотой, — шептала она, поглаживая его по волосам.

— Все хорошо, слышишь? Все в порядке. Тише, родной.

Эд глубоко вдохнул. Боль отступила, видение исчезло.

— Значит, ты забыл выпить лекарство пару дней назад, — мягко пожурила его Лисса.

— Забыл, — повинился он, снова обретая способность говорить.

— Хорошо, я напишу Тейре, чтобы они с Киром поскорее возвращались.

— Нет! — выпалил Эдвин. — Не надо никому писать. Я справляюсь, правда. Но… Что это за зелье, Лисса? Почему без него я… вижу?

— Обычное успокоительное, — улыбнулась она.

— И лекарство от головной боли. Не тревожься, это просто магическое пробуждение. Надо потерпеть. Но если становится плохо, сразу говори. Мы с Бесом рядом, ты не один. Знай это, хорошо?

Эд кивнул и снова прижался к ней. Как так получилось, что его, по сути, воспитывали Тейра, Лисса и Кир? Он помнил смерть матери, но, скорее, как нарисованную кем-то картинку, чем настоящее событие. Тоже кровь… Почему? Ее убили? Эд никогда не спрашивал. Он временами будто… забывал, а вот сейчас видение пробудило то, старое воспоминание.

Нет, сейчас не время выяснять.

— Бес снова работает с посольством? — Принц решил сменить тему.

— Да, — вздохнула Лисса. — Работы много. Соглашений тоже.

— И тебя не злит? То, что нимирийцы настаивают на браке Себастьяна.

— Он ничего мне не обещал. — Девушка мигом помрачнела. — Захочет жениться, и женится.

— А ты? Ты почему не выходишь замуж, раз никто никому ничего не обещал? Я не понимаю, Лисса!

— Потому что люблю, — грустно улыбнулась она.

— Но знаешь, я сама не хочу становиться королевой Миалроса. Это слишком большая ответственность. Сейчас Бес больше оберегает меня от политики. Я для людей просто… символ богини, что ли. Король советуется в важных вопросах, конечно, но я-то понимаю, что решения принимает он, и от этого легче. А какая из меня королева, Эд? Да и не ровня я Бесу, совсем не принцесса. Это в качестве гласа богини я всех устраиваю, а решу стать королевой, сразу и припомнят.