Истинная для Ледяного Дракона

Короткая бессмысленная попытка отстраниться остаётся незамеченной. Охнув от неожиданности, я упускаю момент, когда язык требовательно проникает внутрь моего рта и начинает творить там нечто невообразимое.

Мужские руки властно скользят по телу, высекая искры и разжигая пожар. А оно бесстыдно реагирует на грубые ласки. Треск рвущейся ткани выдёргивает меня из тумана на одно мгновение. Его хватает для того, чтобы опомниться. Инстинктивно стискиваю зубы и чувствую привкус железа во рту.

Недовольно рыкнув, князь отстраняется.

На его губе кровь. Но главное не это: я снова вижу драконьи зрачки, и это помогает окончательно прийти в себя.

Откуда только силы берутся: дёргаюсь и скатываюсь на пол. Прежде чем Айварс успевает меня подхватить, вскакиваю, словно пружина, и, пытаясь соединить на груди разорванное платье, рявкаю ему в лицо:

– Ненавижу.

Глава 20. «Покорно не надо»

Адриана

В гостиной, кроме нас двоих, никого. Слуги слиняли. Даже странно: подумаешь, очередную пассию хозяин на столе раскладывает.

Разве это может помешать убирать посуду?

В любом случае рассчитывать на чью-либо помощь не приходится. Сейчас я была бы рада даже возвращению Альвы.

Огорошенный моим выкриком дракон некоторое время стоит неподвижно. И зрачки его снова начинают меняться: становятся обычными, человеческими.

Теперь на меня потемневшими синими глазами смотрит уже не дракон, а заведённый моим сопротивлением мужчина. Сюртук свой князь в какой-то момент сбросил, и внушительный бугор в штанах говорит о его возбуждении.

Делаю шаг назад, и Айварс синхронно подаётся за мной.

Я отношусь к тем людям, у которых в опасной ситуации мозги не превращаются в кашу. Чем опаснее, тем лучше работает думалка. И сейчас в памяти всплывает всё, когда-либо слышанное о том, как избежать насилия.

Попытки увернуться и девичий визг «Ах, пустите меня!» только разжигают охотничьи инстинкты. Классический удар коленом в пах в таком платье, как на мне, не пройдёт.

Я шаги-то в нём делаю в два раза короче, чем обычно. Ну разве что, если он его на мне окончательно порвёт, но до этого доводить бы не хотелось. К тому же, если мужчина поймёт, на что я покушаюсь, всё будет ещё хуже.

Собственная беспомощность пробуждает во мне ещё больше злости. Я перестаю пятиться и отвечаю князю прямым взглядом, в который вкладываю всю свою ярость и ненависть. И он останавливается.

Стоим как два барана на узком мостике.