Истинная для Ледяного Дракона

Мне дня два понадобится, чтобы добраться туда, – говорит Ларита. – Вещи тоже со мной прибудут. Но вы не волнуйтесь, там, рядом с Академией небольшой городок, в котором есть всё. Князь очень щедрый, он обязательно о вас позаботится.

Вот уж последнее, что меня интересует, – это княжеская щедрость.

Перед тем, как покинуть покои, останавливаюсь перед большим зеркалом. М-да, средневековые наряды – это не наши джинсы с футболкой.

Передо мной девушка в платье такого же глубокого синего цвета, как глаза князя. Одёргиваю себя: вот о чём я думаю? При чём здесь глаза князя?

Невольно любуюсь своей причёской.

Тёмные волосы красивыми локонами лежат на плечах, на голове сеточка с круглыми перламутровыми бусинами, похожими на жемчуг.

Человеку трудно самому оценить свою внешность, но сейчас при первом же мимолётном взгляде на новую себя я понимаю, что я очень красива.

А ещё понимаю, что едва ли князь отпустит меня, не добившись того, чего все мужчины обычно хотят от женщин.

Мелькает крамольная мысль: не купить ли себе свободу невинностью? Заключить, так сказать, договор с дьяволом на берегу.

Девушка в зеркале густо краснеет. Дыхание учащается. А затем моё отражение саркастически усмехается. Я давно знаю, что лгать себе просто. И оправдывать свои ошибки потом тоже просто. Одна ложь тянет за собой другую.

Не раз меня выручала привычка задавать самой себе правильные вопросы. И на этот раз правильный вопрос звучит так: «Рия, ты, действительно, хочешь именно откупиться или ищешь повод сдаться? Кто у нас на коне: разум или гормоны?»

Если делать выбор, то осознанно, чтобы потом не рвать зубами подушку.

Хочешь расстаться с девственностью в экзотических условиях – вперёд. Тебе не восемнадцать, никто тебя не осудит. Ну и опять же, можно будет на властного мужика свалить. Дескать, я не такая…

Вот только противно при одной мысли об этом.

До сих пор у меня не получалось захотеть по-настоящему. Так, чтобы горело и пылало, так, чтобы крышу сорвало. Поэтому и не было у меня постоянных кавалеров. Как только доходило дело до этого самого, что-то мешало сделать последний шаг.

А вот из рук князя я сегодня вывернулась только в самый последний момент. И каждая клеточка моего тела, начинённая гормонами, кричала о том, что я дура и потом обязательно пожалею, что не уступила.

Не уступила, и не жалею. Сейчас я ясно осознаю, что в такого мужчину, как Айварс, можно влюбиться окончательно и бесповоротно. А как жить потом?

Ну уж нет, бежать надо, искать выход.

Стискиваю зубы.