Истинная для Ледяного Дракона

– Это что, ошейник? – не веря собственным ощущениям, спрашиваю я.

– Не беспокойтесь, леди, – спешит объяснить Вальгард. – Это защита.

– Какая защита? – рычит Айварс.

На этот раз его грозный рык обращён не ко мне.

– То, что было под рукой для блокировки магии. Новейшее оружие для захвата. Экспериментальное. Случайно повезло, что оно тут оказалось. Свежая разработка.

– Да вы с ума сошли! Сначала браслет, теперь ошейник. Что дальше? На цепь посадите? – пытаюсь говорить с возмущением, но слёзы уже проложили дорожки по щекам, и получаются жалобные всхлипы.

– Сними это немедленно, – рявкает князь, теснее прижимая меня к себе.

Он что, на моей стороне?

– Не раньше, чем найду менее оскорбительный способ сдерживать её магию. Ты что не понимаешь? Она Академию сожжёт, – упрямо возражает Вальгард.

– Какая магия? У меня нет магии.

– Откуда у неё магия? – в голосе князя напряжение и толика недоверия.

– Она всегда была, но печать слетела.

Айварс отодвигает меня и оглядывает расфокусированным взглядом:

– Да, печати нет, – признаёт он.

А я испытываю некоторое смущение, увидев на его одежде два симметричных чёрных отпечатка по форме и размерам, похожих на мои ладони. Так вот откуда запах горелой ткани.

– Ваш семейный портал сметает всё чужеродное, – продолжает Вальгард. – Печать была поставлена сильными магами не из вашей семьи.

– Но кем? – наш с князем вопрос звучит одновременно.

Вальгард лишь пожимает плечами:

– Полагаю, кем-то из её семьи. Кем-то из предпоследних огненных драконов.

– Драконов? – шепотом переспрашиваю я, потому что голос отказывается повиноваться.

– Огненных? – одновременно спрашивает князь.

Вальгард кивает в ответ на оба вопроса, но смотрит только на меня с новым выражением в глазах:

– Вы не человек, леди Адриана.

– А что значит предпоследних? Есть и последние?

– Последний огненный дракон перед тобой, – глухо говорит Айварс.

– И уже не единственный впервые за последние столетия, – Вальгард окидывает меня внимательным взглядом. – Теперь нас двое.

Ревнивое рычание над моей головой и ещё более крепкие объятия, которые почти полностью выдавливают из моих лёгких воздух, говорят о том, что Айварс воспринял слова брюнета по-своему:

– Даже не думай.

Не вижу его глаз, но не сомневаюсь, что зрачки князя снова вытянулись по вертикали.

– Да уж вижу, – с какой-то печалью отвечает Вальгард.

В кабинете воцаряется напряжённая тишина. И я решаюсь её нарушить:

– А почему в таком случае браслет не слетел? Он ведь тоже чужеродный.